Книга ЗАТО: город забвения, страница 33 – Лена Обухова

В первый вечер они чувствовали себя прекрасно. Пустой мертвый городок позволял полностью расслабиться. Можно было громко слушать музыку, смеяться, орать, жечь костер и жарить на нем сосиски. Они с удовольствием пересчитывали и перебирали купюры в инкассаторских мешках. Строили планы. Нажрались так, что ни один не помнил, как вырубился, а с утра все вместе страдали от похмелья и сушняка, который пришлось глушить пивом.

Второй день дался сложнее. Они вспомнили, что следует беречь заряд аккумуляторов, и музыку больше не включали. Мобильный интернет в городе тянул с трудом, а больше здесь и делать-то было нечего. Тишина ужасно угнетала. Барин и не думал никогда, что она может быть такой тяжелой, даже слегка сводящей с ума. Это же все-таки лес! Здесь должны чирикать птицы, жужжать разная мелкая летающая дрянь, дятлы там всякие стучать… А здесь ничего этого не было. Только деревья тихо шелестели, когда ветер поднимался. И если начать прислушиваться к этому шелесту, можно было услышать в нем шепот.

Когда снова стемнело, начались странности. Сперва, услышав вдруг посторонние звуки, они не поняли, в чем дело. Почудилось, что кто-то пробрался в их квартиру, но обход убедил, что они по-прежнему одни.

— Это наверху, — наконец понял Штырь. — На втором этаже. Прямо над нами.

Все трое тогда напряженно переглянулись. За целые сутки они ни разу никого не увидели и не услышали ни одного постороннего звука. Так откуда теперь здесь кто-то взялся? Но слух не мог подводить всех троих: в квартире этажом выше определенно кто-то ходил. Во всяком случае, Барину тогда казалось, что он действительно слышит чьи-то шаги.

Они решили проверить и поднялись на второй этаж. Дверь в квартиру над ними оказалась заперта, на стук и громкие призывы открыть никто не ответил. Лихой хотел вскрыть замок или выломать дверь, но Барин остановил его.

— Не надо… Нет там никого.

— Ты же сам слышал? — взбудораженно возразил Лихой.

Но Барин уже не был так в этом уверен. Он когда-то слышал о чем-то подобном: о том, что тишина порой становится причиной слуховых галлюцинаций. Не привыкший к отсутствию звуков мозг пытается заполнить пустоту, вытаскивая из памяти наиболее подходящие к ситуации звуки.

— Разве можно втроем одинаковые глюки ловить? — усомнился в его версии Штырь.

— А откуда ты знаешь, что мы слышим одно и то же? Просто Лихому показалось, что он что-то услышал, он описал нам, что именно, а мы подхватили. Фигня все это, идемте.

Они вернулись на первый этаж, снова прислушались: тишина. Барину этого оказалось достаточно, чтобы убедиться в своей версии. Но дверь на ночь они все же заперли, о чем даже не подумали накануне. Тот факт, что деньги никто не стырил, пока они валялись в пьяном беспамятстве, лучше всего свидетельствовал о том, что здесь, кроме них, никого нет.

На следующий день заброшенное ЗАТО и царившая в нем тишина продолжили играть с ними злые шутки. Даже Барин чувствовал это, хотя и считал себя самым здравомыслящим из троицы. Хотя бы потому, что он, в отличие от остальных, никогда не травил свой мозг ничем, кроме никотина и алкоголя.

И все же даже его мозг «плыл». То и дело мерещилось что-то: шумы, шаги, голоса. Иногда казалось, что кто-то стоит прямо за ним, он был готов поклясться, что чувствует дыхание, а порой и прикосновения. На третью ночь он вдруг проснулся и обнаружил, что стоит у окна и словно пялится на темный двор за ним. Барин сроду никогда не страдал никаким лунатизмом, а тут — на тебе!