Книга Отмороженный, страница 73 – Рафаэль Дамиров

Мы со Щупиным тоже собирались уезжать. Наш водитель стойко дожидался в тени, под деревом, выкуривая одну сигарету за другой, когда меня окликнула Женя.

— Илья Федорович, постойте. Можно вас на секунду?

— Да, конечно.

Я подошёл к ней. Женя чуть заметно улыбнулась. Улыбка вышла светлой и девчоночьей.

— Ты, как всегда, блистал сегодня, — сказала она.

— Ну, работа такая. Не блеска ради.

— Нет, нет, — покачала она головой. — Я видела, как ты снова раскрылся. Работа явно тебе на пользу.

— Ну, ты уже говорила об этом.

— Да, — кивнула она. — И ещё раз повторю, что я рада, что ты вернулся.

Я уже хотел отшутиться, только Женя вдруг добавила совсем другим тоном:

— Если что, ты не должен никого винить.

Я нахмурился.

— Ты про что? За что винить?

Она сразу будто спохватилась.

— Я, может, не то ляпнула. Ладно, забудь, что я сказала.

— Нет-нет, подожди, — сказал я. — Ты сейчас о чём?

— Не могу тебе сказать, — как-то грустно проговорила Женя.

Улыбнулась опять так, что ни черта понятнее мне от этого не стало. Только взгляд у нее стал какой-то странный, загадочный.

— Ладно, понял, — кивнул я. — Значит, это не так важно.

— Придёшь сегодня вечером? — спросила она будто между делом.

Спросила, вроде, легко, а сама даже дыхание задержала, пока ждала, что я отвечу.

— Я шарлотку собралась печь, — тут же добавила она.

— Больше пяти лет я… не ел шарлотку, — сказал я.

— Я помню. Ты же ее любишь.

— Кого?

— Шарлотку, конечно же.

— Ну да, ну да, — кивнул я.

— Да вы совсем охренели, — возмущался начальник УГРО Паровозов, отчитывая дежурную смену.

Седой стоял посреди коридора дежурной части, злой, как черт. Напротив него маячил оперативный дежурный — пузатый капитан, уже немолодой, с одутловатым лицом и виновато опущенными глазами. Он что-то бормотал в оправдание, а его помощник в это время уже отпирал клетку обезьянника, выпуская Полину.

— Евгений Сергеевич, — оправдывался капитан, — ну так она же не сказала, чья она дочь. Кто ж знал…

— А вы фамилию, что ли, не читали? Мороз, — отрезал Паровозов. — Ну так много ли у нас людей с фамилией Мороз? Дважды два сложить нельзя было?

Капитан зыркнул на Полину, когда та вышла из клетки, потирая затекшую шею и с презрением оглядывая присутствующих, и спросил:

— А ты почему не сказала, что у тебя батя сам Отмороженный?

Полина фыркнула:

— Я привыкла всё решать сама.

— И много решила? — хмыкнул Паровозов. — Пошли ко мне в кабинет, поговорим, решательница.

— Мне пора идти.

— Погоди, погоди, — остановил её Седой. — Заявляла же про пропажу подруги. Пошли, обсудим.

Полина поморщилась, но пошла за ним по длинному коридору.

— Чаю будешь? — спросил Паровозов уже на ходу.

— А есть что пожрать, дядя Женя? — сразу откликнулась она. — Такая голодная, слона бы умяла. Я думала, в тюрьме кормят, а тут.

— Слава богу, ты была не тюрьме, — усмехнулся Паровозов. — Камера для административников.

— Для кого?

— Пирожки с капустой будешь? Домашние. Теща напекла.

* * *

Полина сидела за приставным столом в кабинете Паровозова и уплетала пирожки, запивая горячим чаем. Седой же, посозерцав это действо, откинулся в кресле, постучал пальцами по столу и сказал:

— Так. Значит, дело пока по факту пропажи Чижовой не возбуждено. Это подследственность следкома. Не усмотрели они пока состава, понимаешь. Но со своей стороны я обещаю сделать всё возможное. Дам задачу своим операм. Отделение по розыску без вести пропавших подключу. Они ребята бывалые. Начнут искать.