Книга Назад дороги нет! Или графиня в изгнании, страница 17 – Резеда Ширкунова

Подняв подбородок, я свысока посмотрела на тира Хамона. Он лишь махнул рукой и, раскрыв ворота, вышел. Видимо, дал приказ своим людям: они забегали, загружая пять сундуков со всем нашим барахлом в карету. Мы постарались взять с собой все, что могло понадобиться в новом доме.

— Ван, ты останешься смотрителем сада и продолжишь жить во флигеле. Я видела, что урожай яблок в этом году неплохой, поэтому постарайся всё продать на рынке, а на вырученные деньги жить. Мне ничего не надо. Вот еще… — я вынула из мешочка, врученного братом Маниле, один золотой и положила его в старческую ладонь.

Мужчина затрясся в беззвучном рыдании и бухнулся на колени, а я растерянно смотрела на старика. Выйдя из ступора, помогла ему подняться, при этом недовольно бурча:

— Никогда так больше не делай, ты старше меня. А я даю денег в благодарность, что ты верой и правдой служил мне и родителям. Через пять лет я вернусь, дождись.

Слезы расставания подкатили к горлу, и чтобы не показать своего волнения, я развернулась и пошла к выходу. Манила, взяв Лиззи за руку, последовала за мной. Передо мной стояла красивая карета черного цвета с золотым гербом на двери, запряжённая парой лошадей. Я с удивлением посмотрела на няню, она слегка покачала головой, чтобы я не задавала вопросов. Молодой парнишка распахнул перед нами дверь и помог забраться вначале мне, потом дочери и няне.

— Манила, что за герб?

— Если не ошибаюсь, ректора академии. Раньше ваш батюшка был дружен с герцогом Антуаном Деналье. Ректор был частым гостем в особняке, поэтому я запомнила его карету.

— Странно всё это, — произнесла задумчиво.

Я бросила последний прощальный взгляд на свой особняк. Даже зная, что в ссылке у меня есть свое жилье, я не хотела покидать дом, словно он был якорем в этом мире. В этот момент повернулась к окну и увидела, стоявшего в напряженной позе тира Хамона, раскинувшего руки в стороны. Он поднял их над головой и резко хлопнул в ладоши. Воздух вокруг уплотнился, и дом оказался в серебристо- голубом куполе, словно в сетке с маленькими ячейками.

Вот и все! Карета тронулась, и началось наше путешествие, которое продлится ровно неделю — то есть, десять дней. Кстати, небольшие различия с моим родным миром в летоисчислении все же были. Год у них длился 480 дней, в этом было основное различие, те же четыре времени года— зима, весна, осень, лето. По три месяца в каждом, но в месяце было четыре недели по десять дней. Часы, минуты и секунды соответствовали земному, а также меры измерения, но я думаю, что называлось здесь по-другому, а мой мозг переводил для удобства.

Мы останавливались на ночлег в постоялых дворах. Тир Хамон старался не разговаривать со мной, а порой делал вид, что не замечает, но оплачивал комнаты и ужины. Завтракали мы там же, а вот на обед останавливались на два часа, чтобы сварить поесть и дать коням отдых. Вначале готовили еду люди дознавателя, но после двух сгоревших каш за это дело взялась Манила, а все остальные были на подхвате.

Наступил восьмой день нашего путешествия, место нашей ссылки приближалось.

Прошедшей ночью я не могла долго заснуть. Постоялый двор сотрясался от пьяного гула и смеха засидевшихся до поздней ночи постояльцев. Не знаю, сколько было на часах, когда я услышала непонятное копошение в замочной скважине.