Книга Отвергнутая на Земле избранная в космосе, страница 212 – Таруна Поддубная

Лицо, как и раньше, было скрыто. Только складки темной ткани и спокойный голос существа, привыкшего считать себя умнее всех вокруг.

— Если хотите, чтобы все остались живы, — произнес он, — отдайте мне вампира и девушку. Больше никто мне не нужен. И тогда мы просто улетим отсюда.

В отсеке сразу стало тесно.

Раэль медленно повернул голову к экрану.

— Кто ты?

— Не с того начинаешь.- ответил нам неизвестный.

— Тогда начну так, как мне нравится, — очень спокойно ответил Раэль. — Зачем тебе милорд и Ольга?

Я не дал паузе затянуться.

— И, раз уж мы дошли до откровений, поясни заодно, почему ради них ты разнес станцию, устроил охоту по кораблям и начал убирать своих же помощников. Нам, знаешь ли, любопытно.

Существо тихо усмехнулось. От одного этого звука мне захотелось разбить браслет о стену прямо вместе с рукой нашего пленника.

— Урих. Раэль. Вы еще такие наивные дети, — произнес он почти с жалостью. — Вы вообще ничего не понимаете в этом отвратительном мире.

— Тогда просвети нас, — сказал я холодно. — А то мы тут вынуждены разбираться своими силами.

— Не сейчас.

— Боишься? — спросил Раэль.

— Нет. — Под капюшоном будто шевельнулась сама тьма. — Просто не считаю нужным объяснять детям то, что они все равно не способны принять.

Я быстро подался ближе к экрану.

— Если тебе нужен вампир я могу предположить он еще тот массовик затейник, а вот зачем тебе Ольга?

Ответом мне стала новая усмешка.

— Ты не прав. Для меня важна девушка, а вампир он второстепенный для удовольствия и старых счётов.

И связь оборвалась.

Несколько секунд в отсеке стояла такая тишина.

— Ненавижу вот это их многозначительное дерьмо, — процедил я наконец.

Раэль отпустил Керина так резко, что тот сполз по стене вниз и жадно хватанул воздух.

— Он знает, где они, — сказал Раэль.

— Да. Но пока не пришел за ними сам.

— Пока.

Я поднялся и заставил волосы пройтись по браслету пленника до самого дна. Там уже было почти пусто. Все важное либо ушло раньше, либо чистилось в реальном времени. Но кое-что все-таки осталось: короткий сервисный маршрут, привязанный к медсектору, и окно наблюдения за внутренними биопоказателями одной конкретной капсулы.

У меня внутри все заледенело.

— Он не просто знает, где они, — сказал я. — Он следит за медотсеком. Причем давно.

Раэль выругался уже не тихо.

— Значит, идем к ним. Сейчас.

Я не ответил сразу. Потому что часть меня до последнего хотела остаться здесь, вытрясти из Керина остатки информации, дожать модуль доступа, найти еще одну нитку до того, как этот ублюдок окончательно спрячется. Но другая часть, куда более неприятно разумная, уже понимала: если балахон начал прямые торги, значит, время кончилось.

— Если уйдем сейчас, — сказал я, — можем потерять последний теплый след.

— А если не уйдем, — жестко ответил Раэль, — можем потерять Ольгу и милорда.

Я зло выдохнул.

— Ненавижу, когда ты прав.

— Привыкай. Я старший муж.

Керина мы заперли в отсеке, передали двоим проверенным бойцам и дали инструкции так, чтобы даже самое тупое существо в галактике поняло: если пленник исчезнет, виноватых будут собирать по кускам. После этого мы с Раэлем уже действительно пошли назад.

Всю дорогу до медотсека я злился. На балахона. На его загадки. На то, что он слишком многое знает. На то, что опять приходится выбирать не между хорошим и плохим, а между плохим и совсем отвратительным. И, если уж честно, на то, что заранее знал: то, что я увижу за дверью, вряд ли мне понравится, даже если будет по-своему правильным.