Книга Отвергнутая на Земле избранная в космосе, страница 135 – Таруна Поддубная

— И что это значит? — спросила я почти шепотом.

— Это значит, — сказал он очень тихо, — что ты больше не одна в том, чего сама пока не понимаешь. И для меня как и для тебя это плюс. Эльфира.

— Эльфира?- не поняла с чего он меня назвал чужим именем.

— Да. Позже я обязательно тебе все объясню. Для тех кто хочет тебя получить не стало проблемой разрушить огромную станцию. Но я стану для них не преодолимым препятствием. Жаль я не могу посадить тебя на корабль и отправить от всех этих опасностей подальше.

— Почему?- тихо спросила я.

— Потому что я не принадлежу только тебя я принадлежу этому миру. А там на станции есть существа раненые напуганные и им нужна помощь. Да и если мы улетим от сюда они найдут тебя в другом месте. Странно как она смогли тебя обнаружить и все организовать.

— Без понятия. Может все это не из-за меня?

— Не знаю пойду поговорю с этими двумя. Скоро их не жди. Лучше ложись отдыхай.

— Это не моя каюта! – крикнула ему в спину.

— Уже наша. – и за ним закрылась дверь.

И почему-то именно эта фраза оказалась страшнее и важнее всего остального, что он сказал мне за этот разговор.

Урих

Когда лорд Валериан увел Ольгу - явно в мою каюту, я еще какое-то время смотрел ему вслед и думал, что давно моему кораблю не хватало одного очень простого, но жизненно необходимого правила: не впускать сюда древних вампиров в дурном настроении, особенно если рядом находятся огненные драконы.

Раэль молчал. Я тоже не испытывал особого желания разговаривать. По панелям еще бежали данные со станции, часть систем восстанавливалась после резкого маневрирования, часть контуров продолжала ругаться на повреждения, а у меня в голове все еще неприятно звенело после того, как пришлось одновременно держать маршрут, выводить спасательный корабль, отслеживать следы сигнала Ксилы и делать вид, будто появление милорда в самый неподходящий момент меня совершенно не раздражало.

Разумеется, в этот момент он и вошел.

Не шумно. Не эффектно. Даже не торопясь. Просто дверь отъехала, и на мостик вошел Вольфенштерн, от одного присутствия которого воздух сразу стал тжелее, а все, кто был внутри, мгновенно вспомнили, что у них, оказывается, были неотложные дела, профессиональные обязанности и, возможно, даже желание пожить еще хотя бы пару суток.

Лорд Валериан остановился почти в центре мостика, окинул нас обоих взглядом и произнес спокойно, без малейшего повышения голоса:

— Вон. Все.

Экипажу не потребовалось повторять дважды. Через несколько секунд мы остались втроем, и вот тогда я окончательно понял, что вечер стал по-настоящему интересным.

Лорд подошел ближе. Выражение его лица было тем редким сочетанием ледяного самоконтроля и едва сдерживаемой ярости, при котором самые умные обычно молчат. К сожалению, ни я, ни Раэль в этот момент к самым умным не относились.

— Я хочу услышать, — произнес Валериан, глядя сначала на меня, потом на Раэля, — по какой причине вы оба решили, что имеете право тащить Ольгу в спасательную миссию на разрушенную станцию, когда мой приказ был совершенно другим.

Раэль ответил первым, потому что, как и всякий дракон, если уж он решил гореть, то делал это с полной искренностью и без лишней осторожности:

— Потому что на станции оставались наши. Потому что Ксила была там. Потому что пассажиры и медики могли не дождаться, пока все согласуют по правилам.