Книга Меня не ждали, а я приперлась!, страница 94 – Таруна Поддубная

— Все эти годы мы ждали, когда кто-нибудь придет и подарит нам покой, вот только этого все так и не происходило, мы остались тут одни. Несколько раз, правда, приходили медведи, вот только и от них пользы никакой, барьер стоит, так что они не смогли нам передать еды, а потом вообще забыли сюда дорогу. Вот только странно, как вы смогли пересечь этот проклятый барьер? – только сейчас для него оказалось странным, что я сижу перед ним, а не за барьером.

— Судя по тому, что Вы сейчас рассказали, это сделали темные ведьмы, я не знаю работу их магии и тем более на таком уровне, что стоит больше четырех тысяч лет! – я действительно не знала пока, как им помочь.

— Ты хочешь сказать, что прошло уже так много времени, как мы заперты тут? – все вокруг были шокированными тем, сколько времени прошло.

Вокруг вновь стали пролетят разные шепотки и немногословные разговоры. Да это и было понятно, сложно поверить, что существо могло быть заточено в одном месте на столь долгое время и так долго страдать. В то же время немудрено, что они потеряли счет времени, и у них это был один бесконечный день, который не заканчивался, и была вероятность, что никогда и не закончится.

— Как же ты смогла найти нас? И почему барьер все еще действует, и как ты его прошла? – он все еще не смог полностью осознать все, что я сказала.

— Видимо, я смогла пройти через границу, так как, во-первых, это мой лес, и я его хозяйка. И есть еще два варианта. Один, это что проклятье на меня не действует, так как все думали, что из моего рода больше никого не осталось, и не учитывали моего появления, поэтому осталось окно. И второй вариант, что проклятье за время вашего тут нахождения всё-таки ослабло и начало пропускать тех, кто пришел извне? – пока это были единственные варианты, которые я смогла придумать практически на ходу.

— В том, что проклятье ослабло, и с той стороны существа могут пересекать его, не возможно, так как к нам иногда совершенно странным образом доходят хищники, которые смертельно ранены или больны, их притягивало сюда, чтобы умереть. А вот здоровые хищники натыкаются на стену и убегают, эти стуки мы слышим регулярно и просто перестали обращать на них снимание. Поэтому, думаю, барьер все так же никого не пропускает! – и вновь приложился к бутылочке.

— А что вы все постоянно пьете? – я всё-таки не смогла удержать свой интерес и спросила.

— Это то, что помогает нам пережить боль, отключая хоть и на малое количество времени. Если хочешь спросить, из чего мы его делаем, то я тебе не скажу. Не потому, что это секрет, а в связи с тем, что пусть это останется и умрет вместе с нами, сама понимаешь, в условиях, в которых мы тут столько времени находимся, очень мало из чего мы могли это сделать, - он вроде бы ответил, намекнув, но было видно, что мой вопрос задел его до глубины души, и он того, что пьет, очень стеснялся.

— Конечно, как скажете, я не настаиваю на ответе! Проверить вариант, пропускает ли барьер сейчас всех подряд можно, отправив туда одного из нас! Да и стуков, ударивших в барьер хищников, я что-то за время нахождения тут не слышала пока ни разу! – я надеялась, что барьер пал, и они просто по привычки не подходят к линии, которую надо перейти.

— Хорошо, пускай один из твоих сопровождающих отправится и проверит, а мы пока еще поговорим! – вожак сказал это незлобно, видно, что ему действительно хотелось поговорить.