Книга Правда без лицензии, страница 244 – Ксения Кирина

Лу отпустила Айви и соскользнула наземь — неестественно медленно.

Веритарчесса подобрала книгу только с третьей попытки — применение колдовства дало о себе знать приступом жуткого озноба. Грудь сдавило стальным обручем.

Остуда вернулась.

На негнущихся ногах Бьен обогнула неподвижно-нелепых, как куклы на ниточках, биншш-ит и поплелась к братьям; сама себе веритарчесса казалась неповоротливым каменным истуканом, так тяжело давался ей каждый шаг.

И чем ближе к цели, тем тяжелее.

Бьен сунула книжку-Лу в карман пальто, ухватила Рэма за руку, Ореста — без лишних церемоний за шиворот, и оттащила их ровно на пять шагов. А затем её настиг новый приступ озноба, и колдовство лопнуло, точно мыльный пузырь.

Куклам обрезали ниточки: приспешники Дессина Атриче бестолково взмахнули руками и повалились кто куда.

Бьен, как и её братья, осталась стоять, но у неё возникло назойливое чувство падения: под ногами, да и вместо ног, как будто осталось… ничто. Она переступила на месте, и ноги на мгновение напомнили ей об опоре. Всего на мгновение. А потом снова пропали.

Рэм закричал — Леларрон сгрёб его за непослушные кудри, дёрнул, вынудив запрокинуть голову, и приставил к его голове пистоль.

— Вы, ублюдки!.. — выплюнул Рэм и застонал — Леларрон потянул сильнее.

— Кончай свои фокусы, барышня, — тяжело дыша, приказал Труф. — Иначе я прострелю башку твоему языкатому братцу. Поняла? Одно движение, и он покойник! Поняла?!

Бьен понимала то, что упустила момент: если она снова применит колдовство — Остудится совсем.

Айви и Эшлин подскочили к ним; первая вырвала у Бьен Лу, вторая, странно разрумянившаяся, наотмашь хлестнула веритарчессу по лицу. Боли, что странно, Бьен почти не ощутила, однако на глаза ей навернулись жгучие, почти обжигающие слёзы.

— В дом их, быстро, быстро! — приказал сзади кто-то и заломил Бьен руки за спину.

Рэм больше не взбрыкивал, только сдавленно шипел безадресные ругательства. Орест плелся сам, как кроткая овечка на верёвочке; пистоль у него отняли.

В квартире Леларрона всё стало ещё хуже, чем было — грязи прибавилось, запахи из неприятных стали тошнотворными. Айви и Эшлин брезгливо морщились, но проворно обыскали Бьен, затем с помощью колдовства открыли люк, искусно скрытый в полу (тоже колдовством). Леларрон со своими подельниками втащили в темноту всех пойманных Грандинов и не отказали себе в удовольствии влепить бедному Рэму несколько тычков.

Винтовая лестница вела в самые настоящие двухъярусные катакомбы. Бьен припомнила, что квартирная хозяйка Леларрона говорила о наличии подвалов у квартир первого этажа. Судя по всему, Леларрон и колдуны изрядно расширили подземное пространство и облагородили: ровные оштукатуренные стены, сухой прохладный воздух, выложенный каменными плитками пол, светильники — пусть и довольно тусклые. Даже не верилось, что наверху жуткая вонь, грязь и запущенность.

От лестницы тянулся коридор, из которого вели несколько дверей, а в самом конце была лестница на ещё один уровень ниже. Спуск, ещё один коридор — и Бьен с её братьями очутились в небольшой комнатушке, абсолютно пустой, не считая единственной лампы. Лязгнул засов.

— Отдыхайте, веритарчеры, — глумливо сказал Леларрон в окошечко в двери. — Условия, Правда, у нас тут так себе, не отель «Авинэ Гриот», но жить, хех, можно.