Книга Правда без лицензии, страница 177 – Ксения Кирина

— Не уходите от ответа.

Густав тяжело вздохнул.

— Намеренно или нет, я подставил под удар вашу репутацию и должен нести за это ответственность. В конце концов, никто не ограничивает строгими временными рамками период ухаживаний.

— Ухаживаний, но не помолвки.

— Одно другому не мешает.

— И то, что в глазах Сантуара я — злоумышленница, вам тоже не мешает? — язвительно спросила Бьен.

— С моей стороны было бы лицемерием отказываться от ухаживания за вами лишь потому, что вы — колдунья, — миролюбиво ответил Густав.

— Главное, при матушке этого не говорите, иначе она мигом отправит нас сочетаться браком.

— Вы не хотите замуж, ситуайена Грандин?

— Не прямо сейчас. Я, в отличие от вас, никуда не тороплюсь.

— Вы раните меня в самое сердце! — Густав прижал правую руку к груди.

Правда.

— Что теперь делать? — поспешно сменила тему Бьен и осознала ужас случившегося. — Мелисса причастна к краже писем и созданию личин! И за письмами в личине мадам Марты тоже могла прийти она! Великая Правда, а если Мелли — колдунья?!

— Тише, ситуайена Грандин. Успокойтесь. Ваша подруга что-то знает, но это не означает, что она помогла Коринне.

— Как ещё это можно расценивать?!

— Я неверно выразился. Мелисса Ажитэ могла быть под воздействием колдовства.

Бьен мгновенно вспомнила про почерневшую в среду соль, о чём тут же сообщила Густаву.

— Они собирались поехать на Витринную улицу?

— Да. Об этом было сказано Правдиво.

— Догонять их нет особого смысла, как и пытаться проверить на Правдивость в толпе… Ситуайена Грандин, простите, но с какой целью к вам приходила ситуайена Ажитэ? Только ради того, чтобы разузнать про ассортимент книжной лавки?

— Явно не для того, чтобы обсудить погоду, — огрызнулась Бьен.

— Она искала что-то конкретное, — утвердительно сказал просветитель.

Бьен поняла, что он не отстанет, и без дальнейших высказываний достала из стола путевой очерк.

Круадевер бережно взял его в руки, полистал.

— Думаете, ваша подруга искала эту книгу?

— Эту книгу купил у Подстрочника, но потерял по дороге отсюда Дессин Атриче.

— Почему вы сразу об этом не сказали?! — вскинулся Круадевер. — Он же мог напустить в неё чертей!

— Не напустил! Потому что не успел бы! — отрезала Бьен. — После того разговора он явно торопился убраться подальше отсюда, потому и потерял книгу, а ребёнок нашёл её и принёс сюда. Зачем она могла понадобиться чертёжнику, ума не приложу.

Густав, судя по выражению его лица, к разрешению этой загадки ум прилагал изо всех сил.

— Где её нашли?

— Дальше по улице от нашего дома, возле «Букета ландышей».

— А что делал Дессин Атриче после того, как в первый раз вышел из книжной лавки?

— Зашёл к продажницам…

Круадевер стремительно поднялся на ноги.

— Значит, и мы зайдём.

Едва дверь в офис бесследно пропавших барышень-рекламщиц распахнулась, подчинившись аксиомантии, Бьен и Густав замерли в проёме.

В помещении кое-что заметно изменилось: на оконной раме ярко желтели глубокие царапины и местами была содрана краска, а у стены, где стоял станок, зияла пустота. На полу и ковре засохли многочисленные пятнышки чернил.

— Что же ваш маленький соглядатай всё проглядел? — не удержалась Бьен.

— Понтик сейчас в другом месте, — ответил Круадевер, присев на корточки и что-то высматривая на полу. — А что же ваша Лу?