Книга Правда без лицензии, страница 176 – Ксения Кирина

А сама Мелисса со странной, словно бы наклеенной, улыбочкой старательно избегала смотреть Бьен в глаза и молчала.

— Сколько можно стоять?! Гони! — яростно воскликнула Коринна и пристукнула зонтиком.

Кашля и сипа как не бывало.

— Подождите, ситуайена…

— Да мне плевать, чёрт тебя дери! Я знать её не знаю! Гони, кому говорю!

В её словах была не-Правда: Коринна знала, кто такая Бьен. Очевидно, от Мелиссы.

— Так что вам нужно-то? — спросил возница у веритарчессы и охнул: Коринна стукнула его зонтиком по плечу. А в следующий миг с силой ткнула Бьен в грудь.

Инстинктивно отпрянув, веритарчесса сорвалась с подножки, болезненно приземлилась на пятую точку и едва успела поджать ноги, чтобы их не переехало колесом: экипаж тронулся с места и, быстро набирая ход, покатил прочь и вскоре скрылся из виду.

Ошеломлённая Бьен услышала быстрый перестук шагов, и её под мышки подхватили крепкие руки.

— Что случилось? — с тревогой спросил Густав, помогая девушке подняться.

— Я не понимаю. Я ничего не понимаю! — выпалила Бьен, хотя понимала с избытком, и это ввергало её в леденящий ужас. И из-за падения болел ушибленный копчик.

— Не-Правда, ситуайена Грандин, — шёпотом произнёс Круадевер. — Кое-что вы всё-таки понимаете, и это вас не радует. Пойдёмте, не стоит говорить об этом здесь.

Бьен села за стол и только тогда осознала, что у неё ноги сделались ватные.

Густав плотно закрыл дверь офиса, посмотрел в окно, зачем-то взял в руки и повертел горшочек с фиалками, поставил обратно и только после всего этого попросил рассказать, что же произошло. Бьен удовлетворила его любопытство.

— Да, вы угадали, это Коринна дю Патри. Она носила личину мадам Кайе. Скорее всего, и в воскресенье тоже была она, — хмуро сказал аксиомант.

— Она и тогда изображала простуду?

— Кашлять не кашляла… но да, разговаривала как будто с хрипотцой. И негромко. Я особо и не заострил на этом внимание.

«Интересно, почему?»  — с сарказмом подумала Бьен.

— Но зачем ей было с вами целоваться?

— Она же хлосса, — Густав понизил голос. — Наверное, надеялась меня заморочить и тем самым отвадить от преследования. Глупо, конечно.

— Вы так уверены в том, что у неё бы ничего не получилось? — скептически уточнила веритарчесса.

— Не в этом дело. Я в Сантуаре не единственный аксиомант, она не смогла бы вечно увиливать от реестра, особенно если учесть её фамилию и положение в Обществе. А заморочь Коринна меня, в Сантуаре сразу бы это заметили.

— Это настолько заметно?

— Да. Состояние отчасти похоже на лёгкую степень алкогольного опьянения, отчасти — на безумную юношескую влюблённость. Для мужчин старше двадцати лет подобное поведение нехарактерно.

— Конрад Альфир замороченным не выглядел.

— Но он и прожил в союзе с Медеей не один год. У них образовалась своего рода связь… симбиоз — кажется, так это называется. К тому же, Конрад Альфир любит свою жену, несмотря на её недостатки, — Круадевер устремил взгляд в окно.

— Такова любовь — недостатков она не замечает. Или видит их достоинствами, — сказала Бьен. — Поэтому хорошенько подумайте, прежде чем жениться. — Это фраза мгновенно вернула внимание аксиоманта к веритарчессе. — Кстати говоря, ситуайен Круадевер, — почему вы назвали меня своей невестой? Да ещё и Правдиво?

— Разве не очевидно?