Книга Развод по-драконьи. Ты утратила ценность, страница 43 – Эйрена Космос

— Не полностью, — морщится он от боли, когда я подставляю плечо, помогая ему дойти до кровати. — Застрял… между формами.

Райгар тяжело опускается на кровать, и я вижу, что повязки, которые мы накладывали на дракона, превратились в окровавленные лохмотья, едва держащиеся на его теле. Трансформация разорвала их, и теперь кровь снова течёт из ран.

— Не двигайтесь, — приказываю я и бросаюсь в соседнюю комнату.

Мирая спит чутко — достаточно лёгкого прикосновения к плечу, чтобы она проснулась.

— Дракон, — выпаливаю я. — Он в моей комнате. В человеческой форме. Точнее, не совсем…

Мирая не задаёт лишних вопросов. Она набрасывает шаль и следует за мной, прихватив свою сумку с лекарствами.

Когда мы возвращаемся, Райгар лежит неподвижно, его глаза закрыты, дыхание поверхностное. Видны следы трансформации — часть чешуи отслоилась, обнажая сырую, покрасневшую кожу под ней.

— Святые небеса, — шепчет Мирая. — Я никогда такого не видела.

— Я тоже, — отвечаю, вспоминая Драгона. Он всегда обращался полностью — либо человек, либо дракон. Это… что-то другое.

Мы работаем быстро и молча. Мирая готовит настойку, я снимаю старые повязки и очищаю раны. Кожа Райгара горячая, почти обжигающая.

Лихорадка. Это плохо.

— Нужно что-то сильнее тех зелий, что я делала днём, — говорю я, прикладывая холодный компресс к его лбу. — Обычные травы здесь не помогут.

Мирая кивает, накладывая свежую повязку на рану вдоль ребер.

— У твоей матери были рецепты для особых случаев. Может, там найдётся что-то подходящее?

Когда с перевязкой покончено, Райгар погружается в тревожный сон. Мирая остаётся с ним, а я спускаюсь. Сна уже нет и в помине. На улице начинает светлеть — скоро рассвет.

Теплица встречает меня влажным теплом и буйством запахов. В полумраке собираю травы, которые могут помочь: корень драконьего языка, плоды серебряного тиса, лепестки лунноцвета. Всё, что могло бы подойти для создания зелья, достаточно сильного, чтобы исцелить дракона.

Вернувшись в дом, занимаю мамину лабораторию — небольшую комнату, примыкающую к кухне. Здесь ничего не изменилось за эти годы: те же полки с банками и склянками, те же книги рецептов, тот же тяжёлый дубовый стол для работы.

Листаю мамин гримуар, ища нужное зелье. На последних страницах нахожу то, что нужно: «Эликсир возрождения для существ с двойной природой». Идеально. Вчитываюсь в рецепт, и сердце падает. Для основы требуется чешуя дракариона.

Закусываю губу, взвешивая варианты. Просить Ксара отдать свою чешую — всё равно что просить человека вырвать кусок кожи. Это больно, унизительно и… опасно. Дракарионы убивали за меньшие оскорбления. Но выбора нет. Мне ведь не раз придется это сделать.

Выхожу во двор. Небо уже окрасилось в нежно-розовый — наступает утро. Оглядываюсь в поисках Ксара, но двор пуст. Дракарион исчез, оставив после себя помятую траву.

Ну где же он?

— Ксар? — зову я, но в ответ только тишина.

Куда он мог деться? Неужели обиделся настолько, что ушёл? Или… что если между ними произошла схватка? Что, если Райгар в таком состоянии потому, что они дрались?

Сердце колотится всё быстрее, когда я выхожу за ворота, осматривая дорогу. Ни следа Ксара. Зато у ворот меня уже поджидают.

— Кажется, тебе понадобится моя помощь… Айви.