Книга Целительница против слепого дракона, или Как (не) убить больного, страница 82 – Лия Совушкина

Деймос должен прийти сам.

Не прислать гонца, не бросить клич по королевству — а прийти. Своими ногами. Прилететь на своих крыльях. И сказать то, что не сказал тогда. Извиниться. Объяснить. Попросить прощения.

А до тех пор — я останусь здесь, у моря, в своей маленькой лавке, с мятыми пучками трав и чёрным котом на крыльце. Потому что я не тряпка. И никогда ею не была. Ни в прошлой жизни, ни в этой.

В ту ночь я не спала. Сидела у окна, смотрела на звёзды и ждала. Не знала чего — может быть, серебристого силуэта на горизонте. Может быть, дракона, который сложит крылья у моего порога. Но небо оставалось пустым. Только противные чайки кричали где-то в темноте.

— Приди, — прошептала я. — Пожалуйста, приди.

И пообещала себе: если дракон придёт — выслушаю. Если извинится — прощу. Если скажет, что любит — поверю.

Если же нет — останусь здесь. Навсегда. С мятой и чайками, с чёрным котом и разбитым сердцем. Ведь я не видела другого выбора, поскольку не уверена, что смогу выпустить в сердце ещё кого-либо.

Глава 33

Я перестала считать дни после того, как торговец привёз вести о поисках дракона. Смысла не было — каждый новый рассвет приносил одну и ту же надежду, которая к вечеру рассыпалась в прах. Я всматривалась в горизонт, вглядывалась в лица приезжих, прислушивалась к разговорам на рынке. И каждый день разочаровывалась.

Вестей от Деймоса так и не поступало.

Может быть, торговец ошибался. Может, дракон искал кого-то другого — другую лекарку, другую девушку с русыми волосами. А я здесь, в своём Линдоре, внушила себе надежду, которой не суждено сбыться.

Я почти убедила себя в этом. Почти. Но каждую ночь, лёжа в темноте и слушая шум прибоя, я снова верила. Потому что сердцу не прикажешь. Потому что любовь не выключается по щелчку. Потому что мужчина снился мне — серебряный дракон, летящий над морем, сложивший крылья у моего порога.

Сегодня я спала особенно плохо. Всю ночь ворочалась, под утро забылась тяжёлым сном без сновидений, а проснулась оттого, что за окном уже ярко светило солнце. Опоздала. Лавку надо было открывать час назад.

Я кое-как привела себя в порядок, надела простое льняное платье — то, в котором ходила по дому, — и вышла на крыльцо. Чёрный кот сидел на перилах, жмурился от солнца и делал вид, что не замечает меня.

— Знаешь, — сказала я коту, — сегодня я, наверное, никого не приму. Пойду к морю. Посижу на пристани. Мне нужно подумать.

Кот зевнул, показав розовый язык.

Я усмехнулась и пошла к калитке. Линдор в этот час только просыпался. Рыбаки уже вышли в море, их лодки покачивались на горизонте крошечными точками. Женщины развешивали бельё, перекликались через заборы. Где-то лаяла собака, где-то ребёнок плакал. Обычный день в маленьком приморском городке.

Я спустилась к пристани — старой, деревянной, уходящей далеко в воду. Здесь пахло водорослями и солью, и ветер оказался сильнее, чем на улицах. Я села на самый край, свесила ноги, посмотрела на воду. Море сегодня стояло спокойным — бирюзовым у берега и тёмно-синим у горизонта. Чайки кружили над головой, выпрашивая еду, но у меня ничего не было.

Я сидела и думала. О Деймосе. О том, почему дракон не пришёл. О том, правильно ли я поступила уехав. О том, что, если бы могла повернуть время назад, я бы, наверное, осталась. Не обязательно в особняке — просто рядом с мужчиной. Даже если бы дракон снова назвал меня слабой, или если бы снова оттолкнул.