Книга Сложности любви чешуйчатых гадов-2. Любовь для Палача, страница 3 – Мария Вельская

— А ты разве не понимаешь, что в этом может быть замысел мастеров? Эта девка с самого начала смотрела на всех нас, как на вшей. Да она нас ненавидела, Тайли, всем скопом! Не говори, что не замечала! Может, она из этих, магов, которые за независимость их кланов? — В голосе Линоша — непривычная горячность. — Да такие, как она, наш клан едва не уничтожили!

— Лин, не нужно всех под одну гребёнку причесывать, — голос Тайлинэ — обычно веселой и беззаботной — слишком серьёзен, — я сочувствую твоей боли. Каждый из нас носит свои шрамы. Но, Лин, хотя некоторые фейри и поддержали магов, и мутили воду, Владыка простил их народ. Льяна же даже не была чистокровной. Сейчас на ней — благословение короля-под-холмами. Поверь, я чую такие вещи. Древний не даст своего благословения отступнице. Кто ты такой, чтобы судить его выбор? А ты сейчас — что? Желаешь уничтожить невинного? Стать сам тем, кого так яростно осуждаешь? Этого ты желаешь, оборотень? Я такого не понимаю! Это против всех правил чести! — Звонкий возмущенный голос.

В нем рокот молний.

Меня качает на волнах горечи, ужаса, непонимания — и благодарности.

Линош похож на меня. Резкостью, нетерпимостью. Глупый кошачий мальчишка, сам виноват в том, что бередит раны прошлого — хмыкает стервозная часть меня. Я-настоящая понимаю и принимаю его боль. Но и ощущаю к нему бесконечную брезгливость. Друзьями нам точно не быть.

Хочется пошевелиться, но тело горит.

Ледяная ладонь на лбу ненадолго приносит облегчение. Кого мне покусать, чтобы я перестала влипать в такие ситуации?

— Это не яд, — голос рыжего мага — задумчивый, — это больше похоже на какой-то стимулятор. Чем-то подобным накачивают в некоторых кланах берсерков. Только он опасен тем, что может остановить сердце.

Сердце как раз нервно дёрнулось. За неимением возможности дернуть глазом. Я не понимала, что происходит, и не могла это прекратить. Все давно вышло из-под контроля. В крови бушевал незнакомый огонь. Хотелось взлететь ввысь, пронестись по лесу, легко перескакивая с ветки на ветку. Закружиться в танце с духами. Призвать белого ярвоу, воздушного скакуна, или водного келпи — и нестись в толще воды или высоко в небе под вспышки молний...

Что?! У меня не могло быть таких желаний!

— Кожа стала зеленее.

— И посмотри в ее рот — я бы с такими зубками целоваться не стал, — смешок рыжего.

— Ей усилили кровь сидхе, идиоты! — Мявк кошака Линоша. — Вот только твари дивные и без того ненормальные, а она полукровка или даже квартерон, если оцепенение спадет — сначала нас на куски порежет, а потом уже плакать станет! И то вряд ли!

— Кто-то очень сильно хочет подставить лессу, — снова рыжий.

— Надо звать мастеров, — мрачный голос Тайли.

— Глухо, я уже пробовал. Похоже, обо всем позаботились. Прикончите ее пока не поздно, чистоплюи, все равно она уже не придет в себя! — Хриплый крик доброго блохасиого коврика.

Спасибо, Линош, я запомню.

И будет у меня чья-то кошачья шкура перед камином. Нет камина? Не беда, найдется, куда пристроить.

— Я тебя сейчас сам прикончу, истерик кошачий. Не думал, что ты такой трус, Линош, — в голосе рыжего мага — презрение.

— Помогите мне. Помоги, ну, давай! Слышишь меня? — Очень хотелось закричать. Но я не могла.

Ничего не могла — и от этого было ещё страшнее. Это что, наказание за все мои гадкие мысли? Да лучше с тварь-лордом целоваться!