Книга Сложности любви чешуйчатых гадов-2. Любовь для Палача, страница 12 – Мария Вельская

— Идти или ползти, вот в чем вопрос? — Проворчала я себе под нос.

Теперь даже ворчание казалось удивительно звонким, хотя по прогнозам некоторых знакомых мне магов кровь фейри должна была после яркой вспышки постепенно успокоиться, а часть изменений — "откатиться" назад. Но все мысли рассеялись, стоило мне всё-таки протиснуться за заветную дверь. Один удар сердца, и...

Тихая мелодия флейты наполнила разум. На миг мне показалось, что я вижу знакомую фигуру воина из видения. Развеваются на ветру алые волосы, как крылья птицы, а пальцы умело ласкают инструмент, извлекая из него диковинные звуки.

Как зачарованная, я сделала ещё несколько шагов — и замерла возле высокого овального камня, который отливал перламутром. Только в самой середине пульсировало мшисто-зелёное кольцо магии.

— Сердце сида, — мой голос прозвенел и потонул в плывущей в воздухе песне.

Изумрудное кольцо в камне вдруг пошло волнами и начало сокращаться, отстукивая ритм живого сердца.

Будь я в здравом уме — никогда бы не посмела прикоснуться к этому чуду, чужому сокровищу.

Но песнь звала, тянула душу и чаровала — и я шагнула без раздумий вперёд. Бледная ладонь с острыми темными когтями легла на поверхность камня. На миг я задохнулась от волны силы. Возникло безумное ощущение, что за мной наблюдают. Взвешивают. Измеривают. Что рассматривают и вытрясают каждый уголок моей души. Удар сердца. Второй. Третий. Четвертый. Пятый. Не сразу я поняла, что мое собственное сердце — и сердце камня — бьются в унисон. Но как только я это осознала — с ужасом попыталась отнять руку от белесой поверхности.

Хватанула ртом воздух. Вот же тваревы высидки! Рука легко отлепилась. Но в сердце засела заноза.

Казалось, его часть так и осталась в древнем алтаре — и теперь ощущала весь этот старый холм, спящих в тоннелях боевых червей, далёкую дозорную башню и потайные стены из верейны — лозы, что могла стать в один миг прочнее стали, к тому же — неуязвимой для магии.

Наваждение быстро схлынуло. Я опустила взгляд на камень и замерла — на алтаре лежало три предмета. Перстень. Простенький ободок, который напоминал собой сплетённые лозы. Подвеска в виде колокольчика, что отливала черненым серебром. Черные камни на лепестках мерцали, как капли росы.

И последним, третьим предметом, был... нет, не венец! И даже не корона. И вообще не атрибут власти. Это была маленькая, искусно выполненная статуэтка. Гибкий поджарый зверь, что напомнил мне смесь волка и лисицы. Вытянутая острая морда, три светлых отметины на лбу, густая темная шерсть, черная, с ярко-синими вкраплениями, изящные мощные лапы и гибкий лысый хвост, покрытый плотной чешуей...

Зверь был до того хорош, что я не удержалась, забыла обо всем — и схватила статуэтку.

И не почувствовала ровным счётом ничего. Просто вот миг — и я стою, сжимая в ладони выточенную из камня красоту. А вот другой миг — я все так же стою в маленькой комнате, а напротив меня восседает роскошный зверь... тварюшка, которая с исключительно гастрономическим интересом обнюхивает меня длинным чутким носом. Глаза ее горят синим огнем, а шерсть переливается в свете камня. Не знаю, живая она или призрак во плоти — но меня впечатляет! Даже очень!

— Что уставилась, фейка? И дал же создатель потомков... господину Лли, — пасть раскрылась. Лли? Ллиатароэну? — Мгновенно всплыло в памяти имя мужчины из видений.