Онлайн книга «Змеелов. Гадючий остров»
|
– Я тебе это весло знаешь куда засуну? – негромко спросила Ирга. С земли она не поднялась, да и видок после купания был так себе, зато взгляд твердый, а голос ровный, хотя и тихий. И Дан, внучок бабки Лаи, занесенное весло опустил. – В воду ее, и дело с концом! Нечисть она, как пить дать! – ткнул длинным пальцем в чужачку долговязый Костыль. – Вернем туда, откуда явилась! Ирга осклабилась: – А ты дурак дураком, давай тебя теперь мамке между ног обратно засунем! Остальные трое мужиков оказались дальновиднее. Отправив гонца за старостой, они сгрудились вокруг девчушки и нашли, что не так уж она мала, как показалось наперво Ирге, и что хороша собой. – Небось свои же и поваляли, – заключил Дан и недобро усмехнулся. – Напросилась, а опосля в рев. Знаем мы таких. Эй! – Он наклонился и за подбородок повернул чужачку к себе лицом. – Кому тебя возвращать-то? Девка и без того была полубезумная и либо молчала, либо скулила, не в силах толком объяснить, что стряслось. Но тут ее словно ужалил кто: кинулась вперед да как вцепится зубами Дану в самый нос! Тот в крик: – Что творишь?! Я тебе головенку-то ща как откручу! И оттого Дану было обиднее, что друзья и Ирга, на него глядючи, заливисто смеялись. Хотел сорвать злость на пленнице, замахнулся… Но тут уже рыжая встала перед ним стеною: – Только тронь! Крысу голодную тебе в портки засуну! Снова. Дан и без того Иргой был обиженный, но то дело прошлое. Потому взревел медведем: – Поговори мне еще ты! Пока брехались, судили да рядили, сыскались и староста с женой. Да не одни, а в сопровождении доброго десятка селян. Лодки выныривали из тумана. Первая, вторая, третья – всем охота посмотреть, отчего суматоха! Явился и Василь. Он стоял на носу старостиного челнока и высматривал сестру. Стоило разглядеть его, как к Ирге мигом вернулись силы. Она замахала, ажно привставая на цыпочки: – Ва-а-а-ас! Вас! Васи-и-и-и-ле-о-о-ок! Напряженное ожидание слетело с лица парня. О том, что что-то с сестрой сталось, он услышал, но подробностей гонец не рассказал, а того больше додумал, потому готовился Вас к чему угодно. Да и Ирга могла натворить дел, что не расхлебаешь… Однако стоит живая-здоровая, хоть и чумазая. Стало быть, Лихо обошло их двор стороной. Пристав к берегу, Василь легко перемахнул борт и заключил сестру в объятия. Ласково убрал рыжие пряди, налипшие на грязный лоб: – Ну, что учудила? Сказывай! Ирга шутливо ударила брата кулаком в плечо: – А что сразу я? Слово за слово выяснили, что к чему. Жена старосты, похожая на толстую величавую крольчиху, даже узнала вышивку на рваном подоле чужачки. – Из Кардычан она, точно говорю. Кума моя оттуда, такую же поневу носит. Ты как, милка, кардычановская? – повысив голос, спросила она. – Никак беда какая приключилась? Кто-то припомнил дым, поднимавшийся за лесом на Большой земле несколько дней назад. Кто-то взялся осмотреть чужачку и, хоть та не далась, заключил: – Попортили ее, зуб даю. Кто-то сделал отвращающий знак, чтобы Лихо, принесенное пришелицей на шее, не перепрыгнуло на новый насест. – Домой бы ее отвезти… – Ты погляди на нее! Кому она такая дома нужна? Мать с отцом погонят, да и правильно сделают! – спорил люд. Староста пригладил бороду-лопату и задумчиво переглянулся с женой. |