Онлайн книга «Стой, я не договорила!»
|
Но реконструктор в латах уже схватил несчастного за ворот и потащил за собой. Ничего себе, как играют правдоподобно! Это тебе не школьный спектакль. — Сэр Ботильд! — строго крикнула я. — А ну-ка отпусти этого человека. Реконструктор вздрогнул и машинально повиновался. Ну, кто 7-Б вёл, тот не мог не выработать командный голос. Я немножко смягчила нотки и обернулась к «брату»: — Он прав, я действительно ошиблась. Мне, девице, положено ошибаться. Понятия не имею, кто этот человек. Он просто проезжал мимо и всё. А дерево, как мы знаем, само упало… Но можно ли по одной сосне судить о профессии? Нет. Поэтому я, в каком-то смысле, не соврала. — И вообще, я замёрзла, мысли путаются. Я вот даже как имя твоё, о славный брат, не помню сейчас. — Отпусти, — кивнул неохотно брат латнику. — Век не забуду вашей милости, прекраснейшая госпо… — Проваливай, — цыкнул на мужика Ботильд. Тот подхватился и принялся разворачивать лошадёнку. Я задумчиво посмотрела на него. Может быть, сцена повешения была плановой и входила в сюжет, а я всё испортила? Хотя… нет, вроде подруги не были замечены за любовью к «Игре престолов». Впрочем, в деталях сюжет квеста могли с ними и не согласовать: понятно же, что всё было организованно спешно, без предварительной подготовки. Интересно, почему Александра Борисовна не рассказывала мне про новые мероприятия в крепости? Это ж… это ж… Ну ладно, впредь надо быть осторожнее. «Брат» открыл дверь, и мы взошли на винтовую лестницу в стене, зашагали наверх. Мои ноги снова начали неметь от холода из-за мокрых чунь. — Знаете, — проворчала я, хватаясь рукой за стену, — вот с повешением без суда и следствия это вы зря. Нет, ну правда: это уже перебор. Если бы феодал казнил вилланов вот так запросто… ну просто за дерево или кролика там, так крестьяне бы давно или сбежали, или погибли, в том числе с голода, а следом за ними разорился бы и сам помещик. Ну ладно, плети там, или палки… Но виселица!.. — Заткнись, Эуджения, — прошипел «брат». — Лучше подумай, что маменьке скажешь. Мне стало обидно: — Скажу, что мой любимый «брат» заставил меня ходить в мокрых чунях. И Александре Борисовне, кстати, тоже сообщу об этом. Игра игрой, но простудиться-то можно реально! В этот момент мы поднялись к ещё одной двери, деревянной, украшенной простым орнаментом и кованной ручкой в виде ладони с глазом посредине. «Брат» нажал на ручку и открыл проход в комнату. Пахнуло ароматом горящих дров: древесины, смолы. Я потянула носом. М-м-м! Обожаю этот аромат. Шагнула внутрь, успев заметить витражное строенное окно, деревянный стол под ним, скатерть до паркета. Снова стало тепло, и только тут я сообразила, что до сих пор кутаюсь в полушубок дровосека. — Ой… Не знаю, как зовут др… моего спасителя, но… Внезапно что-то тёмное метнулось прямо на меня, а в плечи впились когти. Высокая, худющая женщина уставилась в лицо пронзительным взглядом. Узкие губы кривились, глаза сверкали от ярости. Хороша! Леди Макбет, не иначе! Очень выразительное, подвижное лицо. — Ну что, Эуджения? — зашипела она. — Набегалась? — Да, и у меня промокли… — Далеко убежала? — торжествующе рассмеялась «леди Макбет». — А я говорила: сколько рыбке не плавать, а крючок уже ждёт её. Ты выйдешь замуж, моя дорогая, хочешь ты того или нет. А если сбежишь, в следующий раз я отправлю тебя адепткой в Сумеречную академию, ты меня поняла? Ты поняла меня, позор нашего славного рода⁈ |