Книга Скиталочка. Куда он, туда и я, страница 35 – Андрей Буторин

— Но ведь она, Легенда эта, сказала, что Ваню не видела! – едва не заорала я, в последний миг вспомнив, что Пинокий бдит где-то рядом.

— Лигейда, – поправила обожающая точность Анна.

— Погоди… – призадумалась я, вспомнив, что тогда в ответе хозяйки меня что-то смутило. Ага, точняк! – Слушай, ты обратила внимание, как она сказала? Я спросила: Ивана тут не видели? А она: Ивана не видели. Значит, кого-то все-таки видели! Может, он просто им не сказал, что Иван. Или они даже его не спросили, а сразу… – Я даже мысленно не стала заканчивать фразу, так вдруг сделалось жутко. Но подруга меня поняла и принялась успокаивать:

— Подожди паниковать. Я сомневаюсь, что они что-то плохое сделали бы с Иваном, если бы его увидели.

— А что они могли с ним сделать хорошего? – как раз уже вовсю паниковала я. – Вот он – бэм-с! -появляется тут перед ними, а они такие берут и делают с ним что-то хорошее, после чего его тут снова нет. Что?! Скажи мне, что это может быть? Если они его… съели – это хорошее? Ведь для них-то это хорошее, да? Ну скажи, скажи! – стала я трясти Анну.

Где-то очень близко раздалось нервное покашливание. И знакомый мужской голос тревожно спросил:

— Синие леди, с вами все хорошо?

— Сам ты ледь! – брякнула я, а потом позвала: – Загляни на минутку.

Пинокий возник в шалаше словно по волшебству. Вообще-то он как бы и был магом… Неважно. Мне это не понравилось.

— Я сказала: загляни, – просверлила я его гневным взглядом, – а ты занырнул! Выныривай! А то Анна Александровна тебя в реального Буратино забацает.

— Сомневаюсь, что получится с размером, – шепнула подруга и тут же поспешила добавить: – Я имею в виду нос.

Пинокий это услышал, и в следующее мгновение в шалаше виднелся и впрямь лишь один его нос.

— И голову суй, – сказала я. И когда вновь смогла лицезреть в исходящем от нас синем свете знакомую окладистую бороденку, спросила: – Появлялся здесь вчера какой-нибудь чужой мужчина? Только не врать! Мама Карло уже наточила топор.

— П-появлялся, – нервно сглотнул мужчина. – А зачем топор?

— Нос вытачивать. Не перебивай! Отвечай: что вы с ним сделали? Съели?

— Нос? – отпрянул Пинокий, не оставив на сей раз в шалаше даже пресловутого носа.

— А ну назад! – рявкнула я. – Анна Карловна уже… Тьфу ты!.. В смысле, Карла Александровна…

Договорить я не успела, бородатое лицо Пинокия вновь отсвечивало в шалаше тревожной синевой. По-моему, оно даже само по себе слегка посинело.

— Мы не ели его нос! – воскликнул мужчина столь горячо, что не поверить ему было невозможно. И я поверила. Но все же спросила:

— А остальное?

— Тоже не ели. Мы же не людоеды! – похоже, всерьез обиделся Пинокий. Даже бояться почти перестал.

— А что вы с ним сделали? – очень вежливо подключилась к разговору Анна. И эта подчеркнутая вежливость, по-моему, напугала несостоявшегося Буратино еще сильнее, чем мои рявканья.

— Н-не ели! – замотал он головой так, что затрясся шалаш. – П-просто п-прогнали!

— Магически? – уточнила Анна.

— Не совсем, – смутился Пинокий. – То есть, нет, не магически, что вы! Просто некоторые слова, которые иногда употребляют люди, они… как бы это сказать…

— Короче, вы его послали? – прищурилась я. – Обматерили ни в чем не повинного человека, отказали ему в приюте, даже черствой корочки не дали… – Еще немного, и я бы разрыдалась – так жалко стало Ванечку.