Книга Эн. В поисках таланта, страница 67 – Мария Комягина

"Ничего. Мы ещё встретимся, моя восхитительная находка," - отдалялось чужое присутствие и вскоре исчезло совсем. Что это было? Кто это был?

Вопросы, вопросы. У Эн накопилось так много вопросов, и нет никого, кому можно доверять.

Знахарка говорит что-то, ее необычный зрачок снова вытянулся в тонкую вертикальную линию и пульсирует. Издалека, откуда-то из-под толщи воды доносится ее шипение. Она из клана ползущих?

— Чего вы добиваетесь? Не видите, девочка нестабильна, магия выходит из-под контроля. Хотите, чтобы разнесла весь Нижний мир на острова?

О чем она? Разве она так может? Она ничего не может, не так все должно было быть. Не справилась. Остаётся только окунуться в безмятежную и бескрайнюю бездну Безмирья.

Шурх. Отчаянно не желает визуализироваться. В итоге разрешил только свое изображение в младенчестве показать. Как выглядит взрослый состоявшийся Шурх придется представлять самим.

Выплывать из спокойного, а тем ценнее, что безмолвного, состояния было нужно. Талант сам себя не найдет. Стоило напоминать об этом почаще, потому что в водовороте историй Нижнего мира, в которых Эн закружило и затянуло, все стало таким запутанным, неясным, что изначальные цели начали отодвигаться, теряться среди прочих задач. Причем не совсем ее. Или теперь ее? Опять вопросы без четких ответов. Было замечательно, если бы для разнообразия в этом мире сразу же после очередного пробуждения находилась какая-нибудь отгадка к тайне. А уж потом сама тайна. Например, просыпаешься и читаешь в мыслях "42". И вот только после этого: "А какой главный вопрос жизни и всего прочего был?". Удобно, не мучаешься над решением потом.

Эн, по кусочкам переложив все воспоминания о прошлом дне и пролистав новые мысли, пришла к выводу, что ответы сами собой не явились, даже при условии известных данных к задачам. Кажется, неизвестных больше, чем нужно, вот и ничего не приходит само.

Поэтому открывать глаза не хотелось. Вот совсем. Но совесть, в недобрый час, затребовала встать и идти. И чем дальше от местных некоторых коварных личностей, тем лучше для них.

Нет, Эн не потеряла сознание. Усыпили ее! Нагло, бесцеремонно. Спи, деточка, а взрослые тут порешают свои взрослые дела, пока ты не мешаешь. Твои детские дела тоже за одним обсудим, примем решения. Может быть, даже тебе частично расскажем. Не всё, конечно, ну ты понимаешь...

Эн открыла глаза. Комната ей была не знакома. Небольшая, но очень уютная, с одним огромным окном. Вид из окна, конечно, не отличался новизной. Всё тот же лес, деревья, ветки и листья, где-то там далеко внизу должна быть земля, а где-то там далеко наверху - небо, но ни то, ни другое взору не доступно. За ветками и листьями мелькал силуэт соседнего дерева. Ниже уровня ее окна, наверное, можно считать этажом ниже, между Гигантами протянулся переход, не галерея, мост с высокими ограждениями. Находясь в комнате, зная и подкрепляя знание увиденным за ее пределами, Эн поймала себя на мысли, что нет ощущения потерянности, какое посетило ее на площадке с брошенным джетфлаем. Возможно, уютная и милая обстановка комнаты создавала эффект принадлежности, как будто бы дома, как будто наступило утро, как будто пришла пора заниматься привычными делами, задуманным на новый день ещё со дня вчерашнего. Как будто...