Книга Ненужная запасная жена драконьего канцлера, страница 139 – Юлий Люцифер

— Вы уверены?

— Нет.

Честный ответ.

Потом добавил:

— Но право должно быть у тебя.

Ключ был тяжелый, темный, с золотым сердцем в металле. Три года я жила в доме, где этот ключ открывал почти все, кроме меня самой.

Я взяла его левой рукой.

И мы пошли к залу семи брачных чаш.

Зал семи брачных чаш оказался закрыт не из-за пожара.

Его закрыли раньше.

У входа стояли двое государевых стражников, трое храмовых служителей и старый дворцовый хранитель с таким лицом, будто он всю жизнь ждал катастрофы, чтобы наконец сказать: “Я предупреждал”.

Когда мы подошли, хранитель прижал к груди связку ключей.

— В зал нельзя.

Арден Сэвар даже не остановился.

— Можно.

— Ваше величество, по правилам брачных контуров вход во время башенного кризиса запрещен. Если активные родовые линии...

— Сейчас правила будут мешать нам не умереть, — сказал Тавин. — Отойдите.

Старик вцепился в ключи крепче.

— Лорд Тальгард, я отвечаю за сохранность зала.

— Тогда сохраните его открытым.

— Это недопустимо.

Я посмотрела на него внимательнее. Не просто упрямый служака. Он дрожал. От страха, не от холода. И глаза все время соскальзывали не на государя, не на Эйрана, а на дверь.

— Вы уже кого-то впустили, — сказала я.

Все повернулись ко мне.

Хранитель побелел.

— Нет.

Слишком быстро.

Марта, стоявшая за моей спиной, тихо произнесла:

— Врет плохо. Значит, не профессионал.

— Кого? — спросил Арден.

Хранитель сглотнул.

— Я не...

Капитан Ройс шагнул ближе.

— Имя.

Старик закрыл глаза.

— Женщину из Сольвейнов. Меланту. У нее был старый допуск.

Тавин выругался.

— Я же ее задержал.

— Одну, — сказала Виверна из-за наших спин.

Мы обернулись.

Она не должна была быть здесь. Разумеется. Ее оставили в лечебной комнате, под наблюдением, после обморока и с ослабленной клятвой. И все же она стояла в конце коридора, опираясь на Лиссу и храмовую служительницу.

Марта схватилась за голову.

— Да вы издеваетесь.

Виверна попыталась улыбнуться, но вышло криво.

— Меланта не работала одна. В Сольвейнах всегда две женщины ведут брачные ключи: одна на виду, вторая при документах. Я вспомнила только сейчас. Вторую зовут Риана. Тихая, рыжеватая, с пятном на левой руке. Ее никто не замечает, потому что она сама делает так, чтобы ее не замечали.

Эмрис Сольвейн, которого вели под охраной дальше по коридору для опознания записей, резко поднял голову.

— Риана? Она служит нашей семье с детства.

— Вот именно, — сказала Виверна. — Люди, которые служат с детства, знают, куда вы прячете все грязное.

Арден повернулся к хранителю.

— Она вошла?

Старик прошептал:

— Десять минут назад.

— С кем?

— Одна.

Эйран подошел к двери. Не коснулся.

— Не одна. Если она внутри с брачным ключом Сольвейн, Драммонт мог оставить через нее открытый канал.

Северная башня где-то над нами ударила новым толчком. Каменный пол под ногами дрогнул. С потолка посыпалась пыль. Издалека донесся крик.

Толпа или дворцовые — уже не разобрать.

Я сжала ключ Эйрана в левой руке.

— Открывайте.

Хранитель дернулся.

— Но если внутри активная печать...

— Тогда мы хотя бы перестанем обсуждать дверь.

Арден вставил государев ключ в первый замок. Агата — храмовый во второй. Эйран протянул мне взглядом третий.

Родовой.

Я подошла.

Замок был ниже остальных, в темном металлическом кольце. На нем оставались следы старых пальцев — там, где его годами открывали главы домов, служители, женихи, свидетели. Я подумала, что у дверей всегда больше памяти, чем у людей, которые через них входят.