Книга Развод с драконом, или попаданка в теле истинной, страница 21 – Настя Савельева

Как минимум потому что дракон высокий и широкий. И я здесь просто не помещаюсь.

Мы сидим совсем близко друг к другу, наше дыхание смешивается в одно единое. Не поднимаю глаз, но в какой-то момент карета подпрыгивает на кочке, и я сама того не желая, лечу в руки дракона.

Он придерживает меня за талию, посылая электрический разряд по всему телу, а горло вмиг пересыхает, словно жажда мучает несколько дней.

Вместо того, чтобы отпустить, он поднимает свою ладонь и загребает в неё несколько прядей у лица, отбрасывая их назад. Моё лицо раскрывается, и теперь я всё-таки поднимаю взгляд, утопая в его драконьих омутах.

На секунду забываю, кто я, как здесь оказалась и что нужно держать лицо.

Поднимаю свою руку так же, как это сделал он. И касаюсь его лица. Мужская кожа горячая, чуть колючая на скулах. От него исходит приятный аромат эфирных масел, невольно тянусь ближе, чтобы вдохнуть их.

Ещё одна кочка, и теперь я уже полностью вжата в стальное тело. Больше мы не двигаемся, лишь прислушиваемся к дыханию и сердцебиению друг друга.

Моё как у испуганного загнанного в угол кролика. У него ритм ровный, но периодически перебои есть.

— Скажи мне, Илва, — щекочет ухо горячим воздухом, — Мой брат… Он что-то говорил обо мне?

— Говорил. Не самые приятные вещи.

— Какие, например?

Прикрываю глаза и выдаю как на духу.

— Что вы узурпатор… Что вы подчинили много людей и одурманили их. Что вы предатель.

— И ты всё равно бежала от него ко мне?

И правда… Почему к нему-то бежала?

— У меня не было выбора… Он тоже не самый хороший человек.

— Тоже, — усмехается, — Считаешь меня плохим?

— Я не знаю вас настоящего, господин. Мне тяжело ответить на этот вопрос, но пока… Если вам интересно, страха вы у меня не вызываете. Только в первое время, когда вели себя грубо.

— Ладно, — он всё же возвращает меня на моё место, и резко становится ужасно холодно без его рук, — Мы уже приехали.

Дракон отодвигает шторку, выглядывает на улицу. У небольшого дома с колоннами уже собралась группа ребятишек.

Они машут рукой, приветствуя своего повелителя. И я задумываюсь о том, разве встречали бы дети так радостно плохого человека?

— У вас такое красивое платье, — девчушка с белокурыми кудряшками и зелёными глазами восторженно смотрит на меня, — Оно блестит.

Присаживаюсь на корточки перед ней, аккуратно глажу по макушке. Она тут же мне улыбается, такая забавная.

— Хочешь, я подарю тебе такое же платье? — говорю, совершенно не подумав.

Так ведь нельзя… Другие девочки из приюта могут подумать, что её выделяют. И тут же становится стыдно за такой порыв.

Девочка широко открывает рот и визжит от счастья, поворачивая голову к Игнару, который считывает моё замешательство и растерянность.

Я не должна была такое говорить, не посоветовавшись.

Но его жест удивляет меня ещё больше… Он не ругает, не отчитывает меня и даже не смотрит со злостью.

Наоборот, широко раскинув руки в стороны, он заявляет всей детворе:

— Мы сошьём для всех прекрасных леди, воспитанниц приюта, платья. А для мальчиков организуем конную прогулку.

Дети от счастья чуть ли не в обморок падают, а я благодарно улыбаюсь Игнару. Он просто кивает мне и поднимается по каменным ступеням внутрь приюта.

Я ещё не до конца привыкла, что нахожусь не в современном мире. И что дети-сироты, которые живут в этом приюте, много не видели в жизни и вряд ли увидят. Одежда у всех простая, кому что досталось. У парней порванные штанишки с заплатками, а у девочек платья, которые ушивали не раз и не два. Однозначно, вся одежда переходит по наследству от других детей, которые из неё вырастают.