Книга Александрин. Яд его сердца, страница 51 – Валерия Чернованова

— Очень жаль, — спустя несколько мгновений тишины, нарушаемой лишь тоскливым шелестом деревьев, проронил шевалье, не замедлив уточнить: — Я имею в виду, жаль, что уезжаете вы, Александрин. Признаюсь, сначала я отнёсся к выбору Морана скептически. Но, познакомившись с вами поближе, обрадовался. Думал, что маркиз наконец обретёт счастье.

— А разве он не был счастлив с Серен? — подняла на мага заплаканные глаза. — Говорят, их любви дружно завидовало всё королевство.

Де Лален чуть слышно усмехнулся:

— Да, Моран обожал жену. Боготворил. А вот любил ли… У них были… хм, довольно своеобразные отношения. Но лучше не будем об этом, — поспешил закрыть эту тему Касьен. — Брат не любит, когда кто-нибудь обсуждает его личную жизнь.

Я согласно кивнула и в который раз испытала искреннюю симпатию и уважение к молодому шевалье. Окажись на его месте близняшки, с радостью выложили бы всю мою подноготную, да и от себя ещё чего-нибудь наверняка прибавили.

Оставалось только позавидовать Морану.

— Отчего она умерла? — слова сорвались с губ прежде, чем успела их осмыслить. Этот вопрос вот уже несколько дней не давал мне покоя. С того самого момента, когда нашла в тайнике Серен записку с угрозами от некоего А.Г.

— Нападение демона, — мрачно проронил Касьен. — Серен была могущественной чародейкой, но тварь оказалась сильнее… Я боялся, что Моран так больше и не оправится от потери. А потом появились вы, полная ей противоположность. — Заметив грустную улыбку, мелькнувшую на моих губах, маг поспешил уточнить: — Противоположность в хорошем смысле. Серен… Она была потрясающей женщиной, но… отвратительной женой. За шесть лет брака не подарила маркизу ни одного наследника.

— Может, они считали, что ещё рано обзаводиться потомством, хотели немного пожить для себя, — поделилась я предположением и невольно разозлилась, на саму себя, в который раз почувствовав укол ревности.

— Так считала её светлость, — хмыкнул мой собеседник. — Думаю, и мать из Серен вышла бы никакая. Точно как и заботливая, любящая жена.

— И тем не менее мессир маркиз души в ней не чаял, — грустно заметила я.

— Иногда мне кажется, что она отравила его сердце и его разум каким-то ядом, — задумчиво прошептал Касьен. Спохватившись, что снова сболтнул лишнего, сменил тему. Правда, неудачно: принялся уговаривать меня не спешить с отъездом, а сначала остыть и уже на холодную голову всё хорошенько обдумать.

Смиренно выслушав доводы преданного брата в защиту подлеца Стража, поспешила с ним проститься, дабы избежать продолжения неприятного для меня разговора.

Пожелав себе удачи, отправилась к отцу. Надеялась, хотя бы он сможет меня понять и поддержит. Защитит от нападок маменьки. Но та, как назло, оказалась проворнее, первой помчалась жаловаться на неблагодарную дочь. Невольно я стала свидетельницей их супружеского общения. Мама в красках живописала, какая я мерзавка и беспринципная негодяйка. Папа вроде как пытался её урезонить, но как-то уж очень вяло. Лишь изредка в гневную тираду родительницы вплетались робкие возражения отца.

— Никуда она отсюда не уедет! И точка! — зло припечатала баронесса, не преминув добавить: — А если Александрин всё же хватит наглости разорвать помолвку, пусть убирается на все четыре стороны. Но только не в Луази! Я не желаю её там видеть!