Книга Королевская магия, страница 21 – Марина Эльденберт

Она скрылась за дверью дома, а я остался с Зигом и прочим магическим зверинцем.

— Я не собираюсь причинять ей вред, – процедил я. Нужно было вразумить хотя бы братца.

— Ты уже достаточно навредил, – холодно замечает Зигвальд. Как Алисию могла заинтересовать эта глыба льда?

— Как и ты. Какого гъерда ты увез ее из Барельвицы?

— Она попросила о помощи. Сложно отказать такой женщине.

— И когда ты решил сделать ей предложение?

— Мне давно пора жениться, глупо упускать такой шанс.

— Это какой-то фарс, – говорю больше для себя, чем для Зига. – Она моя невеста. Я объявил об этом.

— Так объяви, что передумал. Все прекрасно понимают, что ты не женишься на драматурге с юга.

Это уже не имеет значения, потому что Алисия – принцесса. Но сразу рассказать обо всем Зигвальду?

— Я должен вернуть Алисию в Барельвицу.

— Зачем?

— Это дело государственной важности и тебя не касается.

— Теперь все, что касается моей невесты, касается и меня.

— Я должен сказать ей об этом лично.

— О том, что нашел ее настоящих родителей, я полагаю?

— Об этом тоже.

Мне удалось заинтересовать Зигвальда, но я не собираюсь раскрывать свои козыри. Черчу схему-маячок и отправляю ее в маджера. Он неправильный, почти живой, а поисковая магия не боевая, поэтому маячок впитывается в гриву.

— Это чтобы снова не потерять ее. Я вернусь вечером. Когда она остынет, и мы сможем обо всем поговорить.

— Я бы на твоем месте не слишком рассчитывал на разговор.

— Посмотрим! – обещаю я. Мне тоже нужна пауза. Найти банк, снять дом или номер в гостинице, восстановить силы. Подумать над тем, что скажу.

— Это мое, – говорю Эдеру, но он все равно уносит львенка. Приходится ее развеять.

Когда маджер исчезает, лев выглядит недовольным.

Ладно, нам всем действительно нужно прийти в себя, а вечером… Вечером я расскажу принцессе правду. О том, что нашел ее отца.

Алисия

Мне стоило немалых усилий развернуться, увести маму за собой в дом и при этом больше ничего не сказать. Наверное, не стоило говорить даже то, что я уже сказала, но этого я отменить не могла. Я вообще ничего не могла отменить. Ни мгновения, когда я его ударила, ни собственных чувств, полоснувших в этот момент сильнее, чем могло показаться. Ни той ночи.

— Дочка… – как-то беспомощно произнесла мама, когда мы зашли в дом.

— Я сейчас.

Я отняла руку и вернулась в комнату, которую теперь делила с мамой. Мне нужно было вдохнуть и выдохнуть, иначе нашему домику грозило самовозгорание, и золотое пламя было бы видно до самого Гриза.

Так, Алисия, глубокий вдох – и такой же глубокий выдох. Можно сжать и разжать пальцы, стряхивая рождающиеся на них золотые искры, которые таяли в воздухе. Пальцы немного подрагивали. Я, кажется, тоже.

«Кто дал вам право называть Алисию своей дочерью?»

Эти слова прокручивались у меня в сознании снова и снова. Остатки моего мира рушились, не было этому конца и края.

— Р-р-ры, – изрек Эдер.

Лев выглядел недовольным. Настолько недовольным, насколько вообще могут выглядеть недовольными львы.

— Что? – переспросила я.

— Р-р-ры!

Лев мотнул головой в сторону двери. Только сейчас я поняла, что он больше не держит львенка. Львенок, наверное, тоже был созданием Райнхарта. Его новым маджером. Который довольно скоро вырастет до размеров Эдера, если Райнхарт продолжит вливать в него магию.