Книга Бунтарка и Хозяин Стужи, страница 94 – Валерия Чернованова, Марина Эльденберт

Он усмехнулся, и эта усмешка исказила его совершенные черты лица. Наверное, слишком совершенные, отчего казалось, что передо мной не человек, не Снежный, а статуя изо льда.

— Разве кто-то говорит о жестокости, нэри? С вас чуть ли не пылинки сдувают. Наряжают, холят, заботятся о вас и вашем брате. Вы должны быть нам благодарны.

— В том числе и вам, светлейший?

— Снова дерзите?

Он подошел ко мне вплотную, отчего сердце в груди неприятно защемило. От прикосновения пальцев к щеке я дернулась и с трудом сдержалась, чтобы не оттолкнуть его.

— Запомните, Ливия, – тихо, но от этого не менее ядовито прошептал Снежный, – рано или поздно вы ему наскучите, и тогда о вас забудут. Поэтому лучше держите в узде свою магию, а свой маленький язычок за зубами. Ваша сила его интригует, он видит в вас загадку. А когда разгадает… – Дойнарт усмехнулся. – Хьяртан – король, правитель Севера, а вы обычная безродная девица, которая по досадному стечению обстоятельств временно ему необходима. Впрочем, как оказалось, не так уж и необходима: в последнее время вас ни разу вместе не видели.

— Вы следите за мной или за ним?

Мне должно было быть глубоко плевать на то, что он говорит и что думает, но почему-то каждое слово Снежного отзывалось в сердце странной горечью. Танец с Бьяртмаром поднял настроение, а пара минут в обществе Дойнарта уничтожила и ощущение праздника, и приятное волнение, теплом разливающееся по венам.

— Я забочусь о своем брате. Я ведь в семье старший. – Облокотившись на обледеневшие перила, Снежный вскинул взгляд в небо. – А вам, дорогая нэри Селланд, я не доверяю. Не верю в досадное стечение обстоятельств и в то, что в ту ночь вы оказались рядом с Хьяртом случайно. Будь моя воля, и вами бы занялись королевские дознаватели, но…

— Но ты здесь ничего не решаешь.

Это сказала не я, хоть на языке вертелось то же самое. Неожиданно на террасе стало оживленней – появился сам виновник нашего разговора. Почему-то при виде приблизившегося Хьяртана корка льда на сердце мгновенно треснула.

А у меня почти пропало желание треснуть белобрысого Снежного. Пусть и дальше плюется ядом, сам потом им и отравится.

— О, Хьярт, а мы как раз тебя обсуждали, – весело улыбнулся белобрысый.

— Что я тебе говорил о Ливии? – ледяным тоном спросил его величество, и я вдруг вспомнила, что стою на открытой террасе в одном лишь шелковом платье.

По коже тут же побежали мурашки.

— Не трогать твою игрушку? – Дойнарт вскинул руки в примирительном жесте. – Так я и не трогаю. Мы просто разговаривали. Правда, нэри?

Я не ответила. Продолжать общаться с этим типом не было никакого желания. Хотелось одного: чтобы скорее отсюда убрался и перестал колоть меня взглядом.

— В замке достаточно нэри, с которыми можешь говорить хоть до посинения. А сейчас… – Его величество недвусмысленно перевел глаза на распахнутые настежь двери, и Дойнарт оторвался от перил.

— Я же говорю, околдовала она тебя, Хьярт. Только ты один этого не замечаешь, а все видят. Все!

Он ушел, и напряжение сразу спало. Правда, вернулась неловкость. Особенно когда Снежный, нахмурившись, сказал:

— Ты дрожишь. – И тут же снял с себя камзол, чтобы набросить его мне на плечи.

Дрожать я не перестала. Наоборот, стоило его ладоням скользнуть по рукам, как мурашки отправились в очередное путешествие по коже.