Книга Бунтарка и Хозяин Стужи, страница 104 – Валерия Чернованова, Марина Эльденберт

И снова это ощущение, перехватывающее дыхание в груди, когда взлетаешь и… Мне кажется, я даже глаза закрыла, отвечая:

— Хочу. Очень!

И спустя мгновение уже смотрела на красоту Леверны с самой высокой точки за городом. Судя по небольшим домишкам чуть поодаль внизу, здесь заканчивалась столица и начинались предместья Диких земель, куда лучше не соваться без сопровождения. Именно в Диких землях впервые начали появляться гротхэны, а заодно и Бродячие метели, возникавшие даже в солнечные дни, когда на небе ни тучки, – снег просто взмывал ввысь, закручивался вихрями и бесновался. Поэтому с северной стороны столицы стояла такая серьезная застава – ее тоже было видно, если посмотреть назад. Но в той стороне, где светлая пелена снега сливалась с ночью, не было ничего примечательного. Гораздо интереснее разглядывать столицу, которая сейчас казалась бескрайней. Залитая огнями, припорошенная снегом, потягивающаяся спинами мостов, как кошечка, и бесконечно прекрасная.

— Ну как? – с улыбкой поинтересовался Снежный. – Ваше согласие того стоило?

— Да! – восхищенно выдохнула.

Несмотря на то что сапожки по щиколотку утопали в снегу, а ветер, казалось, должен был нас сносить на такой высоте, ни холодно, ни ветрено не было: Хьяртан поставил щит, оберегающий нас от буйства природы, и мы могли спокойно наслаждаться видами.

— Вот там мы только что шли, – он указал на ленточку оживленной улицы, – а тут стояли.

Величественный мост отсюда казался совсем крохотным, и я улыбнулась.

— А это ваш дворец для скучных заседаний, – не удержалась от шпильки.

— Запомнили. А те башенки видите? Это магический университет Драэра. Я в нем провел пять лет, с двенадцати до семнадцати.

— Ого!

Я знала, что маги учатся в школах сызмальства, а об университетах слышала мало. Во-первых, магов-женщин все равно обучали дома, а во-вторых, считалось, что моя магия слишком слабая для обучения. Теперь же меня будет учить его величество. С ума сойти!

— Вам нравилось учиться? – повернулась к нему.

Хьяртан пожал плечами.

— По большей части да. Мне нравилось раскрывать свою силу, а теорию я не любил. Это еще скучнее, чем сейчас в том дворце.

Я не выдержала и рассмеялась.

— Прогуливали? – спросив, я смутилась, но не Снежный.

— Какой же студент не прогуливал хотя бы раз? Мы с друзьями сбегали в небольшое уютное заведение, которое обожали все студенты. Там подавали такие колбаски… м-м… кажется, никогда вкуснее не ел.

— У вас очень вкусно готовят, – вступилась я за поваров Эрнхейма.

— Не стану отрицать. Но вкуснее тех колбасок я все равно ничего не пробовал. Должно быть, все дело в чувствах: тогда я еще был восторженным мальчишкой, свободным, не решающим за других, что им делать, а что нет.

— Что же изменилось сейчас?

Хьяртан снова пожал плечами.

— Наверное, все.

— Вы как никто другой обладаете свободой. Распоряжаться своей жизнью так, как того хочется вам.

Наши взгляды снова встретились, и я замерла. Вот оно, то самое ощущение, когда летишь вниз, когда на тебя так смотрит мужчина. Мужчина, которого твое глупое сердце почему-то хочет назвать своим.

К счастью, этот взгляд был недолгим. Хьяртан улыбнулся и кивнул мне.

— Знаете, Ливия, Вы правы! Предлагаю поесть колбасок!

— Что, так просто… взять и поесть?

После случившегося на балу мне уже рассказали, как в Эрнхейме проверяются все блюда, десерты и напитки, и если представить Хьяртана гуляющим со мной по улицам я уже могла, то жующим колбаски в таверне…