Книга Золотая мгла, страница 165 – Марина Эльденберт

— Не начнет. Она кое-кому обязана.

— Ты плохо знаешь женщин, Феро.

— Если не найдешь ее внизу, с меня тысяча ливрэ.

— А что насчет…

— Со своей женой я разберусь сам.

Словно почувствовав мой взгляд, гость повернулся ко мне, и я быстро закрыла глаза. Все-таки где я могла его видеть?

— Пойду займусь доктором, да пора уже отгружать нашу бесценную посылку. Постараюсь не потерять.

— Постарайся, потому что сейчас я не в состоянии за ним бегать.

Шаги, негромкий стук, тишина. Стоило нам остаться вдвоем, меня окончательно повело. Глаза постоянно закрывались, но я дотянулась до запястья мужа, положила руку на браслет. Постоянно выдергивала себя из сна, чтобы убедиться, что биение сердца под пальцами – не плод воспаленного разума. Явь и сон мешались воедино, и где-то между ними Анри погладил меня по щеке – осторожно, как если бы я была хрупкой статуэткой из лацианского стекла.

— Все хорошо, маленькая. Спи.

Лицо мужа совсем близко – усталое, изможденное, потускневшая золотая прядь под щекой на подушке. Воспоминание прошило неожиданно, на грани ускользающего сознания: тусклое золото под кепкой, руки в карманах. И невысокий мужчина рядом… наш странный гость! С ним Анри встречался в трущобах. Это тот самый неприметный человечек, с которым они разговаривали в толпе, сбежавшейся посмотреть на драку. Мысль вспыхнула – и тут же погасла, далекая и неважная. Как только голова коснулась наволочки, на мир опустился полог глубокого сна.

— Как себя чувствуете, леди? Голова не болит?

Голова немного кружилась, но мысли, как ни странно, были ясными.

— Нет.

Я прикусила язык, чтобы не спросить, где мой муж. Проснулась сегодня в одиночестве, лишь ветер играл занавесями, да Кошмар свернулся клубком на подушке и громко мурчал. О случившемся напоминали только саднящие губы и баночки с зельями, часть которых валялась на полу. Я сграбастала обалдевшего кота в объятия и прижала к груди: при мысли о том, где эта животина отсиживалась вчера и как могла подставиться под удар, стало дурно. Вот так бегает рядом с тобой что-то, пищит, под ногами мешается, а потом хлоп – и уже родное. И ничего ты с этим не поделаешь.

— Хорошо. Давайте-ка вашу руку посмотрим.

Целитель принялся распускать бинты. Сегодня я могла рассмотреть его получше, не сквозь пелену дурмана: уже не молодой, еще не старый. Серые глаза внимательные, но безучастные – что в общем-то не редкость для человека его профессии. Если боль каждого воспринимать как свою, так и с ума сойти недолго.

— Как себя чувствует граф?

— Неважно. Магическое исцеление в его случае работает слабо, особенно заживление, а мази и отвары действуют куда медленнее. Я рекомендовал ему оставаться в постели хотя бы пару дней, но… – Сайлус осторожно отлепил последний слой, и я поморщилась. – Отлично. Сегодня уже можно обойтись без повязок.

Не сказать, чтобы отлично, но края глубокой раны стянулись, исчезла припухлость. Целитель наносил зелье, от его пальцев вокруг раны расходилось покалывающее тепло. Светло-голубое облако окутало наши руки, ладонь невыносимо пекло – порез заживал и начинал чесаться.

Где же Анри? Я уже несколько часов не сплю, почему он даже не заглядывает? Мне так много надо ему сказать… Но что мне ему сказать?

— Сегодня желательно не вставать. – Целитель положил пальцы мне на виски, и я почувствовала едва ощутимые уколы, как от тончайших игл. – Магия в вас восстанавливается очень медленно. Чем больше будете отдыхать, тем быстрее поправитесь. Зелье для поддержания сил принимали?