Книга Черное пламя Раграна 3, страница 66 – Марина Эльденберт

Я могла бы смотреть на них бесконечно, но у их отца нет времени, а значит, его нет и у меня. Наверное, я сошла с ума, потому что рискую всем. Я не готова попрощаться с детьми, если вдруг стану вольной драконицей. Но и бросить Бена просто так в пустоши, я не могу. Мне придется сделать выбор… которого у меня нет.

— Люблю вас, — шепчу и иду к себе.

Мне бы остановиться и подумать, но я понимаю, что если подумаю, то сдам назад. Сразу же. Без промедлений. Сама мысль о том, что мои дети могут остаться без матери, то есть с матерью, но курлыкающей и рычащей, которая их не узнает, повергает меня в состояние, близкое к панике. Тем не менее я захожу к себе, сажусь на кровать и прикрываю глаза.

Как оно было там, в пустоши?

Почему-то я без подсказок умных иртханов, практически ничего не зная о пламени уже знаю все, что мне нужно делать. Поэтому сейчас восстанавливаю частичку за частичкой: дуновение ветра, жаркого, почти горячего. Сухой воздух, раскаляющийся от моего дыхания еще сильнее. Далекий манящий шум океана, острые надрезы скал на фоне летнего неба.

— Бен, — зову пока еще шепотом. — Бен, вернись, пожалуйста.

Как это почувствовать? Как восстановить ту связь, что была между нами? Связь, что гораздо сильнее свалившейся на голову парности, связь, что гораздо сильнее всех расстояний, звериной сути, всего, что только можно себе представить!

Я так и сижу на кровати, пытаясь слиться с его сознанием, влиться в него, но больше ничего не получается. Мне приходится глубоко дышать, чтобы справляться с тем, что ничего не получается.

Что я делаю не так? Ведь там, сидя с детьми, я вообще ничего не делала. Просто отдала смартфон, по которому они говорили с Элегардом, потом занялась Ларом. Ничего ведь не происходило!

Или…

Открываю глаза, снова их закрываю. Снова начинаю вспоминать, только на этот раз совершенно другое. Нашу первую встречу. Нашу вторую встречу. Нашу встречу в ресторане, откуда он меня забрал. Наши первые ласки. Алеру. Мою ревность. Лара у него на руках. Нашу первую ночь, наполненную сумасшедшей страстью. Все последующие. И не только ночи.

Память воскрешает это все, как исправный носитель информации: в таких деталях, что остается только изумляться. Как я могу помнить все эти подробности? Когда он убирал прядки волос с моего лица, целуя припухшие губы. Когда я касалась его бровей кончиками пальцев, повторяя их разлет.

Это настолько реально, что почти пять лет без него кажутся сном. Сном кажется даже сам тот факт, что он не держал своих детей на руках, когда они родились. Не целовал крошечные носики — я уверена, это было бы невероятно нежно в его исполнении. Не смеялся на днях рождения Лара и близнецов, не готовил сюрпризы каждому из них. Сюрпризы, от которых дети кричали бы от восторга.

В моих мыслях приставка «не», но в моем сердце ее нет. Я вдруг понимаю это настолько отчетливо, что меня пронзает невероятной болью и радостью, взрывными чувствами, которых никогда не было, но которые сейчас вполне реальны в том мире, где я… снова вижу его.

Точнее, я снова вижу пустошь, я парю над ней в сторону океана. Размах крыльев ровный, он несет меня с такой скоростью, что расстояние между ним-мной и водой стремительно сокращается. Пламя бушует внутри. Пламя бушует в сердце. Не осталось ничего, кроме черного пламени и стремления слиться с первородной стихией.