Книга Черное пламя Раграна 3, страница 135 – Марина Эльденберт

Поэтому сейчас просто встала и ушла в спальню, не в силах выносить их сочувствие.

Для всех мы с детьми приехали на траурную церемонию, посещение которой стало для меня самым тяжелым испытанием изо всех. Просто потому что сама мысль о том, что я могла потерять Бена, проворачивалась внутри диким черным жалом. Держаться и играть свою роль (здесь здорово пригодился мой балетный опыт) помогало только знание, что он жив и здоров, готовится к «теплой встрече» отчима в Рагране.

После вчерашнего, то есть после собственно траурной церемонии, должна была начаться битва за меня и моих детей. То есть следующий этап игры, в который включались Ландерстерг с Халлораном. Предполагаемый сценарий действий отчима составлял Бен — он считал, что тот захочет ударить по Аронгаре в самый ответственный момент и пошатнуть власть Мирового Сообщества изнутри.

Если бы мне в свое время сказали, в эпицентре чего я окажусь, я бы десять раз подумала перед тем, как идти устраиваться на работу в Ровермарк. И все равно бы пошла. Потому что отказаться от того чувства, что сейчас билось в моем сердце, от чувства, о котором я не успела сказать ни слова мужчине, рядом с которым во мне разгоралось самое сильное пламя в мире, пламя любви — я бы никогда не смогла. Ни за что не отказалась бы ни от единого прожитого дня, пусть даже в моих потерянных воспоминаниях временами наверняка было очень больно, а временами ой как непросто. Ни за что бы не отказалась от своих чудесных близнецов, которые сейчас находились в соседней комнате вместе с виари и братом.

Нам сняли апартаменты, которые тщательно охраняли, и сейчас, прислонившись плечом к панорамному окну в своей временной спальне, я смотрела на Мериуж и думала только о том, когда все это останется в прошлом. О том, когда мы с Беном сможем наконец просто быть вместе. О том, когда мы станем семьей, и эта черная тень Кроунгарда больше не будет висеть над нами и над миром.

— Лапонька, ты уж прости, но я не хочу сейчас тебя одну оставлять, — в спальню заглянула Зои.

Подруга не плакала, но между бровей собралась тяжелая морщинка. Она приблизилась ко мне и взяла меня за руки.

— Можешь меня даже побить, но я не уйду.

От такой нежности, от такого внимания у меня свело горло. Как я могла все это забыть? Как я могла забыть их?

— Не буду, — выдохнула я и слегка сжала ее руки в своих. — Спасибо.

Зои истолковала мой жест по-своему.

— Тебе бы поспать, — произнесла она. — Ты же вся как натянутая струна.

Будешь тут как натянутая струна. Когда не знаешь, откуда, когда ждать удара. Предполагалось, что Кроунгард попытается снова использовать нейросеть, чтобы окончательно разрушить мир, и без того пошатнувшийся. Но вот с какой стороны он зайдет, оставалось только догадываться, поэтому я и сидела, как на иголках. Потому что Бен принимал непосредственное во всем этом участие, больше того, он должен был завтра опять прибыть в Аронгару, потому что черному пламени Кроунгарда можно было противопоставить только его черное пламя. Ландерстерг оставался рядом с женой, поскольку один раз ее уже использовали как ретранслятор, и он всерьез опасался второй попытки. Понятное дело, что с тех пор немало воды утекло, Лаура Ландерстерг научилась управлять своей силой, научилась разрывать эту связь, но… Но.