Книга Проклятый артефакт, страница 65 – Виола Редж

— Если я буду знать, что ты где-то в городе, в Васиной доступности, я же не смогу работать, — тяжело вздохнул Любомир. — Буду всё время думать, как приеду домой и услышу «о да, Любчик» в твоём бесподобном исполнении.

— Так ты хочешь избавиться от меня даже на ночь? — не поверила я.

— Почему избавиться? Ты просто наешься черешни и пообщаешься с моей семьёй, — подмигнул ведьмак. — А за Перца не волнуйся, с ним всё будет в порядке.

Может, и стоило топнуть ножкой и заявить, мол, никуда не поеду, но черешни хотелось. В Вахлуевке черешни не росли, слишком холодно. Ну вот, сказала я себе, привезёшь на север Всеволжской черешни, тем тебя люди и запомнят.

Собираться было недолго, тут я прикупила только новые джинсы (старые почти протёрлись) и лёгкое платьице для жары, а остальная сумка так и стояла в комнате полуразобранной.

— Господи, она ещё и не копуша, — восторженно выдохнул Любомир. — Как же мне повезло!

В село Золотое на берегу Волги «Вася» домчал нас за сорок минут.

— Ты только не вздумай без меня куда уехать, — наставлял ведьмак. — А то знаю я тебя, сорвёшься в глушь и весточки не оставишь.

— Тут я в своём праве, контракт-то исполнен, — серьёзно ответила я.

— Тогда Перчик останется у меня как моральная компенсация, — Любомир подмигнул и перестроился в другой ряд. — И Васи тебе больше не видать.

— Шантажист, — я засмеялась.

С ним было легко. С ним было так, что каждую минуту хотелось остановить время и остаться в моменте. И когда я успела влюбиться? Ведь не собиралась же, категорически не верила, что в одном сердце может уместиться столько радости.

— Ну вот, наша дачка, — с гордостью объявил Любомир, когда «Вася» встал у крепких ворот. Из-за забора были видны только кроны деревьев, причём обычных, кажется, лип и рябин.

Тут ворота распахнулись, и девчонка, похожая на Велеславу, стала вертеть рукой, как регулировщик, показывая, что путь открыт.

— Мирко приехал, — кричала она громко, — скорей идите сюда!

— Милка, ну что ты кричишь, — сбоку из кустов вынырнула другая девица, тоже белобрысая, загорелая, с платком в горошек, повязанным на манер банданы. — Все и так уже знают, бабуля с утра карты раскладывала.

Любомир открыл свою дверь и выскочил из «Васи», девчонки тут же кинулись к нему с намерением повисеть на шее, но он выставил вперёд ладонь:

— Смотрите, кого я к вам привёз. Дайна, выходи.

— Дайна? Та самая? — запрыгали девчонки, и показалось, что обе совсем юные, даже восемнадцати нет.

— Это Яромила, — кивнул Любомир на ту, что в платке, — это Милодана, — открывшую ворота он потрепал по коротким волосам. — Велеславу ты уже знаешь, а вот и матушка с Василикой.

К нам спешили ещё три статные белокурые красавицы. Велеслава обняла меня как родную, Василика оказалась самой младшей девочкой лет пятнадцати, а матушка… Ну что сказать, все дети были похожи на неё.

— Рада Милославовна, — сказал ей с шутливым поклоном Любомир, — знакомься, это Дайна Лужникова. Я рассчитываю, что тут ей будет сытно, вкусно и…

— И скучно? — с улыбкой перебила сына Рада Милославовна. — Не надейся, у нас бабуля в гостях. Здравствуй, Дайна, как славно, что ты приехала. Пойдёмте в дом, а то баба Марта там уже извелась от любопытства.

— Нет, — отказался Любомир, — передай ей поклон с гостинчиком, а мне надо ехать.