Книга Проклятый артефакт, страница 21 – Виола Редж

— Добро пожаловать в апартаменты для командировочных, — торжественно провозгласил Любомир. — Можешь пойти освежиться, кухня — там, встречаемся через пятнадцать минут.

Он даже сомнения не допускал, что я могу отказаться от позднего (очень позднего, два часа ночи) перекуса. Я и не стала: котика надо было чем-то покормить.

В комнате, которую мне отвёл ведьмак, было всё для нормальной жизни: большой гардероб, туалетный столик с большим зеркалом, письменный стол с большими ящиками и тумбой, кресла, стулья, широкая, даже на вид удобная кровать. Не было только места для кота.

Свою ношу я сгрузила на пол: коты даже после серьёзных операций могут вскочить и побежать сломя голову, несмотря на анестезию и усыпляющие заклятья. И лучше, чтобы он бежал по ровному.

Сама быстро заскочила в душ. И там всё было тоже как в лучших домах: изящный санфарфор, здоровенная ванна, зеркала, даже полотенца висели как в гостинице: для рук, для ног, тела и головы. И халат — пахнущий свежестью, белоснежный махровый халат. Ничего себе уровень гостеприимства. Скорее всего, прежде тут проживали ведьмаковы бывшие, потому что начатые гель для душа и шампунь были с ароматом клубники, но меня это не смущало. Наоборот, становилось жаль убогих, что не смогли прибрать к рукам такое великолепие. Я сейчас про квартиру, если что.

Вспомнилось, что в родительском доме комнаты для гостей готовили по тем же стандартам. И дальней родне потом становилось так неловко, что, несмотря на всё внешнее гостеприимство госпожи Лужниковой, бедные родственники через день непременно переезжали в гостиницы.

Удивившись внезапному воспоминанию, я торопливо вытерлась, надела одно из своих платьев и побежала проверять котика. Тот сопел на ковре, даже на другой бок не повернулся. Обновлять сонное заклятье не хотелось: сперва его надо покормить.

— Дайна, жду на кухне, — донеслось сквозь дверь словно бы с дуновением сквозняка.

Ведьмак действительно ждал, разложив на столе всяких городских роскошеств: мясных нарезок, паштетов, вскрытых консервных банок с мясом краба, зелёным горошком и солёными огурчиками. К ним он присовокупил купленный в деревенском магазине хлеб, а в центре стола стоял большой пузатый чайник.

Я сразу нацелилась на паштет: котику. Есть не хотелось, но пахло такими прочно забытыми вкусностями, что я взяла большой ломоть хлеба и положила на него всего понемножку.

— Как хвостатый? — спросил Любомир, наворачивая одновременно мясную нарезку, жёлтую, как масло, солёную осетрину, толстый бутерброд с сыром и горошек прямо из банки. — Я на первое время нашёл ему старое полотенце на подстилку и пару мисок. Под ночной горшок выделяю эту вот посудину.

Он небрежно махнул рукой в сторону окна. На подоконнике стояла прямоугольной формы низкая салатница размером с хороший поднос.

— Спасибо, — обрадовалась я. — Надо его покормить, только я боюсь, что он испугается новой обстановки.

— Ладно, помогу, — пообещал Любомир.

Мы попили чай, потом ведьмак убрал со стола, а я прихватила все пожертвованные для кота вещички вместе с паштетом и пошла в комнату к котику.

Тот лежал на месте, но дрыгал всеми четырьмя лапами, и во сне продолжая куда-то бежать. Вообще-то он был красивый: белые носочки на всех лапах и манишка, а остальная шерсть — глубокого серого цвета, местами с рыжеватыми полосками.