Книга Искра прошлого. Том 1, Наследница пламени. Том 2, страница 68 – Людмила Закалюжная

— Ты сестра его? — сильнее нахмурилась смотрительница.

— Да… я, — кивнула девушка, и вдруг сердце так сдавило, что Параша на мгновение перестала дышать.

— Опоздала, девица. — Евдокия Павловна вздохнула и на мгновение отвела глаза. — Его вчера усыновили. Хорошая семья, из купцов. Забрали с вещами и документами. Больше он здесь не числится.

Параша отшатнулась, как от удара.

— Усыновили? — голос служанки сорвался на визгливый шепот. Она шагнула к решетке, вцепилась в холодные прутья. — Но это невозможно! Я его сестра, единственная родня! У меня есть права! Я заберу его, я…

— Твои права, девица, ничто перед ходатайством очень влиятельной персоны, — смотрительница перебила ее с ледяным спокойствием, от которого кровь стыла в жилах. — Документы составлены по всей форме… — женщина махнула рукой. — Ступай. Не вынуждай меня звать сторожей.

Параша отшатнулась, словно от удара в грудь. Права… Закон… Все, на что она тайно надеялась, рассыпалось в прах одним словом — «ходатайство».

— А куда его… увезли? — прошептала Параша, не особо надеясь получить ответ.

Ванечка… он один у нее остался, и она у него…, а теперь… Перед глазами потемнело, и словно сквозь слой толстой ваты служанка услышала голос Евдокии Павловны:

— Запрещено сообщать, да я и не знаю, кто такие. Они приезжали в закрытом экипаже, директор сам выходил встречать.

Параша не помнила, как вышла из приюта, как брела по улицам, не чувствуя под ногами брусчатки. Узелок со сладостями бессильно болтался в ее руке. Начал накрапывать дождик… Было все равно, а потом слова «молочника» всплыли в памяти, и Параша остановилась. «Будешь стараться — брата быстрее увидишь. Иначе можешь о нем забыть. Навсегда», — пронеслось в голове.

«Это они… забрали Ванечку!» Сомнений не было. Теперь угроза обрела новый смысл. Они не просто пугали разлукой — они показали, что могут в любой момент забрать Ваню. А значит, и вернуть… могут. Все зависело теперь только от ее покорности. По щекам служанки покатились слезы, смешиваясь с каплями дождя. Горских не хотелось предавать, но братик… важнее.

Ветер усиливался, дождь становился все яростнее, а Параша стояла посреди улицы, охваченная отчаянием. Мир вокруг казался серым, вся ее надежда только что растворилась в каплях дождя.

* * *

Карета покачивалась на выбоинах, а за окном плыли тоскливые пейзажи: пожухлые поля, похожие на выцветший ковер, рыжие островки бора, избы с тонкими струйками дыма из труб. Погода была отвратительна. Такую сырую осень я не любила. Дождь зарядил с утра, и я боялась, что папа передумает ехать в усадьбу. Но нет:

— Я на неделе отправил сторожу, старику Никифору, письмо с предупреждением о нашем приезде, — отец макнул блин в сметану и отправил его в рот. — Давно надо было мне там появиться, а я все откладывал. Яков ездил по моей просьбе, сказал, что дом восстановлен и там даже жить можно.

— Так ты… отремонтировал разрушенную часть? — я не знала. Хотя неудивительно: усадьба меня никогда не интересовала.

— Через год после… трагических событий, — отец откинулся на спинку стула. — Попросил Якова, чтобы нанял рабочих, потом еще Гриша ездил, а я вот отправляюсь с тобой впервые после… всего.

Когда мы вышли на улицу, и я быстро юркнула в карету, прячась от нарастающего дождя, Юрка отдал папе письмо, сказал, что принес мальчишка. Отец разорвал конверт, а после прочтения смял бумагу и забрался в карету.