Книга Драконова Академия. Книга 4. Том 2, страница 74 – Марина Эльденберт

— Мне казалось, мы договаривались, что едим в разное время, – сухо произнесла она.

Договаривались, но сегодня стол был накрыт на двоих. Пусть даже сидел Сезар на противоположном его конце, далеко от нее, семейные ужины так или иначе не входили в ее планы.

— Договаривались, – Сезар поднялся, шагнул ей навстречу. – Но это не может больше так продолжаться.

— Так – это как?

— Я твой муж, ты моя жена. У нас будет ребенок, София. Даже сейчас ему вредит то, что между нами происходит, не говоря уже о том, что будет, когда он родится.

Соня приподняла брови и обхватила себя руками.

— Да? И что ты в таком случае предлагаешь?

— Я предлагаю забыть обо всем. Ради нашей семьи.

Невероятно. Просто невероятно!

— Хорошо, если у тебя такая короткая память, Сезар, – с трудом сдерживая подступающее негодование и ком в горле, произнесла она. – Но у меня она чуточку длиннее. Самую малость! Поэтому уж прости, но я забывать ничего не собираюсь…

Сезар шагнул к ней вплотную. Его руки легли ей на плечи, и Соне показалось, что мир зашатался. Что вся столовая – вытянутая, как и сервированный стол, растягивается, расплывается, как и три высоченных окна, за которыми уже сгустился осенний вечер. Даже несмотря на яркий свет от питаемой артефактами люстры, у нее потемнело в глазах.

— Н-не трогай, – прошептала она, чувствуя, как все внутри сжимается от ужаса.

Наверное, никогда не наступит день, когда его близость будет действовать на нее иначе.

— София, – вместо того, чтобы отступить, Сезар сжал руки сильнее. – Я просто хочу, чтобы все было иначе. Я делаю это ради нас. Ради нашей семьи…

Он уже что-то говорил про «ради нашей семьи», но сейчас Соня и половины из того, что происходит, не понимала. От дикого, животного ужаса, рожденного его прикосновениями. Объятия мужчины должны вызывать совершенно иное чувство, они должны давать защиту, сейчас же она лишь чувствовала, что ей не хватает воздуха, а внутренности сжались в тугой маленький комок. Который куда-то поплыл вместе с ней, когда Сезар пробормотал слова заклинания. Единственное, что она уловила краем гаснущего сознания – заклинание. Сквозь которое размывалось происходящее и произошедшее, и то, что было в памяти, стало далеким, неважным, пустым…

И вдруг снова вернулось. Страхи, ощущения, память. Расширенными глазами Соня смотрела в почерневшие глаза мужа, который вдруг глухо застонал, отпустил ее плечи. Пробормотал:

— Я не могу. Прости.

Обращаясь больше к ней? Или к себе?

Сезар вышел так поспешно, что остался лишь терпкий аромат его туалетной воды. Когда-то заставлявший Соню мечтать о большем, когда-то – пугающий до дрожи, но сейчас она вдруг ощутила себя так, будто глотнула воздуха после длительного удушья. Сама не понимая, что произошло.

Накрытый на двоих стол теперь казался слишком большим, она сама не могла ответить, почему так. Ведь раньше ела за ним – и все было хорошо. А значит, и сейчас надо…

Соня приблизилась к своему месту, коснулась приглашающего артефакта, и в столовую тут же вошли слуги. Один отодвинул ей стул, другой снял крышку блюда, поинтересовался, какой напиток предпочитает тэрн-ари. Соня выбрала ягодный морс, которым тут же наполнили ее бокал.

Расстилая на коленях салфетку, она прикоснулась к приборам. Украдкой бросив взгляд на сервированное второе место, которое сейчас пустовало. Сама не понимая, почему впервые за долгое время после ухода Сезара она чувствует не облегчение, а острое, саднящее одиночество.