Книга Драконова Академия. Книга 4. Том 2, страница 101 – Марина Эльденберт

— Мам, помнишь, я в детстве поцарапалась о проволоку на газоне? – быстро-быстро говорит Соня. – Грязную, жуткую, ржавую, и ты меня потащила делать прививку от столбняка. Я так боялась, отбивалась и укусила медсестру, а ты сказала, что я самая смелая девочка, и ничего не должна бояться, и что если мы сделаем эту прививку, ты будешь покупать самой смелой девочке большое мороженое каждый раз, когда она попросит. Я съела за два дня восемь штук, и потом у меня случилась ангина, но ангина – это лучше чем столбняк. Так ты сказала. Помнишь?

Катерина Андреевна снова замерла. Теперь у нее побелели губы, которые она тщетно пыталась разжать, чтобы сказать хотя бы что-то.

— Мы никому об этом не рассказывали, – продолжала Соня. – Даже папе. Ты сказала, что это будет наш с тобой секрет и большая тайна. Подозреваю, тебе просто было стыдно, что ты так неосмотрительно накормила меня мороженым, а я заболела. Но тогда мне казалось, что это самый важный секрет во Вселенной.

Ее мама приложила ладони к груди. Глаза ее расширились.

— Не верю, – прошептала она, даже обернулась, словно за ее спиной стоял кто-то, к кому она может обратиться за поддержкой, а после снова посмотрела на нас. – Не верю. Этого не может быть. Нет…

— Мам, это правда я, – теперь Соня улыбалась сквозь слезы. – В это сложно поверить, но я… в общем, я теперь выгляжу так. Я очень-очень далеко, и никогда не смогу вернуться, но я просто хотела тебя увидеть. Еще хотя бы разок. Или вот еще… когда папа стал пропадать и перестал обращать на меня внимание, я очень расстраивалась и плакала, и начала есть много сладкого. А ты тогда сказала, что если я буду есть столько пирожных и конфет, буду не твоим солнышком, а твоим слонышком.

Катерина Андреевна всхлипнула, будто ей не хватало воздуха. Глубоко вздохнула.

— Сонечка… – прошептала она, перевела взгляд на меня. – Лена… Сонечка… как же так?

— Не обращайте на меня внимания, теть Кать, – сказала я. – Я здесь просто посижу, а вы разговаривайте.

Завтра утром, когда Сонина мама проснется, она скорее всего решит, что это был сон. Или что она сходит с ума. Лучше, конечно, чтобы первое, но тут уж я бессильна. Зато Соня будет спокойна. Я посмотрела на свои руки, с которых совсем недавно срывалась тьма. Развернула ладони кверху. Или Сонина мама решит, что все это правда, и начнет искать способ увидеться с дочерью? Но не найдет. Потому что в мире, где я выросла, магии нет.

— У тебя научно-исследовательский интерес, да, Лена? – поинтересовалась Ленор.

— Давно я тебя не слышала.

— С тобой в последнее время говорить не о чем.

— Ну конечно. Про Люциана ничего нового. – Я так же мысленно хмыкнула. – А вообще, не отвлекай. Я заклинание держу.

Сквозь меня и впрямь текли такие потоки силы, что я ощущала это как те самые восемь съеденных мороженых. Причем не за два дня, а за раз, одним глотком, как удав.

— Скоро станешь совсем отмороженной, как твой Валентайн, – не смогла не огрызнуться Ленор.

— Скоро мы разойдемся по разным телам, и я тебя больше никогда не увижу. Надеюсь.

Ленор притихла, Соня продолжала разговаривать с мамой, но я не прислушивалась. Всмотрелась в видимые только мне нити плетения, и они напоминали произведение искусства. Темного искусства. В зале, лишившемся красок, сосуды схемы пульсировали текущей по ней магией, центральный узел напоминал сердце. И все это сделала я! Я, без чьей либо помощи.