Книга Наследница клана Лунных, страница 150 – Юлия Меллер

Княжна прикрыла глаза и, в последний раз безмолвно всхлипнув, решительно поднялась. Пусть она не боец в прямом смысле слова, но она вернёт Махе красоту и здоровье! Пройдя в глубину помещения, она встала перед лекарем и показала рукой на висящие на стене полки, где плотно стояли разные баночки с порошками и зельями.

— Чего тебе? — недовольно буркнул он.

Анха в упор посмотрела на него и ещё раз показала рукой на полки.

— А я в тебе не ошибся, — процедил лекарь, — есть в тебе силушка, да не мало! Ишь, в глазах лазурь плещется! И как же ты жива до сих пор? Как же тебя не разорвало от силы?

Он резко подскочил, хватая девушку за руки и, выкручивая их, прошипел:

— Я выцежу твою мощь по капле! — он жадно смотрел на неё, желая насладиться страхом, но девица лишь шире раскрыла свои глазища и с ненавистью смотрела в ответ. Тогда он сильнее надавил ей на руки и зловеще пообещал: — Выпущу кровь из тебя, высушу её и продам!

«Безумец!» — мелькнула мысль у Анхи, и она попыталась выкрутиться.

Вдруг лекаря откинуло от неё, а поскольку он крепко держал её руки, то она упала на него. Не обращая внимания на боль, барахтаясь, она торопливо отползла от сумасшедшего, боясь, что он вновь схватит её, но рядом с ними стоял завхоз.

— Что здесь происходит? — раскрасневшись от гнева, взревел он. — Почему ты вместо того, чтобы оказать помощь моей помощнице, тискаешь девку?

— Ты зарываешься, Леснов, — подскочил лекарь. — Я человек воеводы!

— Это ты гнилец зарываешься! — прорычал завхоз и начал методично избивать Жадковского.

Считал ли он его виноватым в том, что произошло с Махой или вымещал на нём собственный недосмотр, если конечно чувствовал себя виноватым в произошедшем, Анха не стала разбираться. Она пролезла к полкам и начала набирать всё то, что ей было нужно.

Выкрученные руки слушались плохо, а взять надо было многое, тогда она задрала тунику, чтобы сгрузить в подол всё необходимое.

Анха видела, что от Леснова не укрылось её самовольство, но он только ожесточеннее стал пинать Жадковского. Княжна крепче прижала к себе собранные склянки, побежала к Махе.

Первым делом она смешала ингредиенты, которые могли дать обезболивающий эффект. Знахари пришли бы в ужас от её бесцеремонности в использовании ядов, но для княжны сейчас было важно, чтобы Маха не умерла от болевого шока. Шутка ли растянуть кожу на живом человеке! Поэтому пригодился парализующий паучий яд и замораживающая кислота, а вместе с ними блокиратор нейронов. Анха рисковала, так как знания её были теоретическими, но сомневаться и медлить было нельзя.

Смочив лицо подруги полученным раствором, она стала думать, как вернуть прежний облик Махе.

Невольно посмотрела на лежащего рядом здоровяка. Он настороженно следил за ней и, кажется, волновался о Махе. И вновь Анха обратила внимание на растерянный взгляд этого воина. Что-то с ним не так! Но сейчас ей было не до него.

Княжна переключилась на магическое зрение и стала разглядывать ауру подруги. Та была тусклой. Ещё чуть-чуть и было бы поздно что-то делать.

Анха без конца перебирала баночки, пытаясь если не понять, то почувствовать, какие надо использовать ингредиенты, чтобы сделать первые шаги в восстановлении лица Махи. Она смешала несколько веществ и нанесла их тонким слоем, но это всего лишь подпитало, смягчило и увлажнило обвисшую ужасающими складками кожу. Теперь можно надеяться, что она не склеится буграми и не загрубеет, так как скорняки именно из-за этого спешили использовать закрепительный состав на растянутую кожу. Организм Махи с благодарностью принял такую поддержку, и аура подруги немного ожила.