Книга Боярышня Дуняша 2, страница 137 – Юлия Меллер

— Снеговик? — переспросил Алексейка уже у Семёна. — Что это?

К компании подошли Ванюшка со своим дядькой. Брату тоже стало скучно.

— Это свинья! — оборвала всех Дуня, показывая на сваленную кучу снега у стены. Видно расчищали дорогу, а снег в сторону отвалили.

— Чего?

— Смотрите, вон там туша, а вот это… чуть подправить — ибудет морда.

— Ха, а похоже! Она лежит и как бы вразвалочку, — удивился Ерёма, которого послали сопровождать молодежь.

— Так ты чего? — невнятно спросил боярич, показывая на снежный завал.

— Да ничего, — пожала плечами Дуня, а потом всё же встрепенулась и предложила: — Адавайте сделаем так, чтобы всем видно было, что это свинья?

— А как?

— Я покажу!

И Дуня начала активно командовать:

— Тут чуточку стеши!

— Здесь добавь снега. Это будет копытце.

— Огладь попу! Хвостик потом приделаем!

— Ушки выправляй, да смотри, шею свинье не повреди!

Вокруг собиралось всё больше народу и люди тоже начали помогать командовать. Свинья получалась огромной, не менее десяти шагов в длину. Дуня уже потом подумала, что снег насыпан вдоль всей стены и можно было сделать стометрового гигантского змея, тем более что помощников полно, но чего уж теперь<strong>…</strong>

И раз так всё лихо получается, то она может сосредоточиться на морде свиньи и сделать её харизматичной. Дуня никогда раньше не работала со снегом, но видела, как это делается. К сожалению, всё произошло спонтанно и она не позаботилась о смачивании снега, но уж морду она пригладит тёплыми руками, и та сохранится на несколько дней.

Позабыв о нарядной шубе, Дуня старательно вылепливала некоторую спесивую вальяжность на морде свиньи, наградила её выразительными бровями — и вдруг поняла, что у неё не свинья, а кабанище! Причём такой царственно-ленивый, что смех пробирает.

— Ой, а боров-то похож на нашего Алексея Васильевича! — раздался чей-то возглас.

— Точно! Вылитый посадник! И смотрит так же! — поддержали со стороны.

— Ну прямо с него леплено! — начали восторгаться остальные.

— Да как же так? — удивилась Дуня и даже отошла, чтобы посмотреть издали, что у неё получилось. — Это же боров, а вы сравниваете с человеком!

— Да любой скажет, что это Алексей Васильевич! Ну вылитый он! — закричали ей со всех сторон. — Наш посадник!

Дуня озабочено прислушалась к людям и пристальнее уставилась на кабана. Он вышел таким, как ей хотелось, но народ всё больше воодушевлялся, находя сходство с известным им человеком. Она хотела было по-быстрому исправить своё творение, на всякий случай… от греха подальше… но неожиданно завязалась драка между теми, кто смеялся над посадником, похожем на Дуниного кабана, и теми, кто оскорбился за него.

Мальчишки встревожились и потянули девчонок в сторону, к отдельно строящему крепость маленькому Ванюшке с дядькой.

— Надо тикать! — хмуря брови, заявил Алексейка, поглядывая на своих товарищей по улице. У тех горели глаза, но во взрослую драку они не лезли.

— Погоди, надо подправить морду, чтобы… — начала Дуня, но небольшая драка быстро переросла в масштабный махач. Ерёма сплюнул и с досадой посмотрел на боярышню.

— И как тебя угораздило? — тоскливо спросил он.

Вопрос был риторическим, но Маша ответила:

— Она не специально. Мы даже не видели этого Алексея Васильевича.