Книга Попаданка. Переполох в школе Эттерфилда, страница 30 – Яна Сандерс

Ники лишь покачала головой.

Вернувшись в школу, девочки отправились по кабинетам. И так как от меня в тот день больше ничего не требовалось, я собрала вещи и вознамерилась уходить. Но возле лестницы услышала оклик:

— Мисс, — позвал кто-то испуганно. Сперва решила, что это ребёнок, но когда обернулась и увидела девушку, чья скованность ощущалась физически, удивлённо вздёрнула брови.

— Вас зовёт к себе директор, мисс Петерсон, — продолжила Эни и, отступив в сторону, чтобы я могла пройти, неловко указала на дверь.

Эни выглядела как все в этом унылом месте. Серое платье по щиколотку, громоздкие туфли, тугой пучок, из-под которого не пробивалось ни единого волоска. А ещё взгляд. Этот взгляд был каким-то трагичным. Казалось, человека или терзало что-то, или он извинялся перед всем миром за своё в нём существование.

Поклонившись ей, я развернулась и направилась, куда было велено.

Директор Верди восседала за своим столом с неизменно царственным видом. Одарив меня исподлобья высокомерием, она расправила плечи и отложила перо.

— Мисс Петерсон, — начала женщина, скрещивая в замок пальцы, — я наслышана о вашем утреннем забеге. Скажите, вы и впредь намерены опаздывать?

— Но я пришла вовремя, мисс.

— Это неважно, — голос директрисы стал ещё тяжелее. — Я уже говорила вам и повторю в последний раз. Учительница всегда должна оставаться учительницей. Вам это очень пригодится там, куда вы решите отправиться после работы здесь. Вся школа видела вас, Николетту и Люсинду бегущими по двору. Вы считаете, вас после этого станут воспринимать всерьёз?

— Скорее дети осознают, наконец, что педагог такой же смертный, как они, и тоже может ошибаться.

— Не может, — грянула женщина. — Если вы не знали, открою вам правду, юная мисс. Во всех структурах существует незыблемая иерархия и веками устоявшиеся порядки. Каждый должен знать своё место, и, упаси господь, тому, чей статус выше, разводить панибратство с теми, кто обязан подчиняться ему, — женщина подалась вперёд. — Дети с юных лет должны это усвоить и понимать свою роль в системе. Если хотят чего-то добиться. Надеюсь, мы с вами друг друга поняли, мисс Петерсон.

Я кивнула.

Конечно, мне знакома была подобная методология. Отчасти в вопросах твердокаменной дисциплины, без которой нельзя было сладить с некоторыми типами детской личности, я готова была согласиться с ней. Но за жизнь поняла кое-что. Ты можешь позволить себе вносить поправки туда, где это уместно. Там, где всё куда сложнее, чем чёрное и белое.

— Если они действительно хотят чего-то добиться, — сказала я, — школа должна помогать им.

— Этим мы и занимались все эти годы.

— Есть один молодой человек. Я полагаю, у него имеются некоторые склонности к моделированию и, возможно, усидчивость. Было бы замечательно, если бы мистер Браун…

— О ком вы говорите? — перебила меня директриса, сведя к переносице седые брови.

— Даниэль Робсон мастерит игрушки для братьев и сестёр.

— Что? Робсон? — женщина аж подскочила, невзирая на почтенные года. — Да вы знаете, что этот негодяй недавно подговорил мальчишек, и те избили учителя богословия? Теперь у нас нет учителя богословия. Он уволился. А в прошлом месяце Робсон чуть не устроил пожар. Таким, как он, не место среди нормальных людей, и счастье, что Даниэль бросил школу.