Онлайн книга «Весенний обряд»
|
Из этого следует, что в то время чуский ван был как светским правителем, так и самым почитаемым шаманом. С момента начала правления Сюн И до начала правления У-вана[54] прошло пятнадцать столетий. В государственном устройстве произошли изменения – за это время в Чу светская политика и религия стали постепенно отделяться друг от друга и статус шаманов заметно понизился, поэтому четвертому по счету правителю династии Чжоу Чжао-вану пришлось провести религиозные реформы, идейным вдохновителем которых был ваш, милостивые господа, предок – Гуань Шэфу, которым я искренне восхищаюсь. Его идеи зафиксированы в «Чуньцю». Я думаю, милостивые господа, вы, разумеется, гораздо лучше меня знакомы с его концепцией «нерушимой связи между землей и небом». Лушэнь, ты знаешь точное значение этого выражения? – Гуань Лушэнь не могла ответить, поэтому Куй продолжила. – «Нерушимая связь земли и неба» фактически означает установление государственной религии. Понятие «порядок, установленный свыше» встречается в «И цзине»[55], и далее я буду использовать это понятие для удобства объяснения. За ним стоит идея разделения жертвоприношений Небу и земле между двумя шаманами, которые подчиняются правителю, и только он может их контролировать. Вот что он сказал: «Чжуан-сюй приказал учредить должность наньчжэна, чтобы наблюдать за небесными светилами и богами. Он приказал учредить должность хочжэна, чтобы наблюдать за явлениями земными и подданными. Восстановил старый порядок и запретил богохульство». Смысл заключается в том, что жертвоприношения небу и земле находятся в ведении двух жрецов, которые одновременно несут ответственность перед правителем, и только правитель может управлять ими. «Небо» и «земля» соответствуют «божествам» и «народу», и право жертвоприношения им сосредоточено в руках правителя. Гуань Шэфу, вероятно, выдвинул эту идею на основании тех обстоятельств, которые существовали в Чу в то время, – полагаю, что многие высокопоставленные сановники держали шаманов дома в качестве личных слуг для совершения жертвоприношений Небу и земле. Подобные частные жертвоприношения можно назвать «неустановленными жертвами». Если ситуация продолжила бы развиваться подобным образом, то государственный ритуал жертвоприношений пришел бы в упадок, что привело бы к ослаблению власти вана, поэтому Гуань Шэфу считал необходимым установить нерушимую связь земли и неба, чтобы вновь взять под государственный контроль ритуалы жертвоприношений и тем самым восстановить единство власти и религии. — Однако какое отношение все это имеет к ранее сказанному тобой о Цюй Юане? – спросила Лушэнь. — Не спеши, скоро мы перейдем к этому вопросу, – ответила Куй. – Гуань Шэфу дал подробное объяснение понятию «колдовство». Вот что он говорил: «Если дух народа един, а также исполнен достоинства и честен, то его разум сопоставим с добродетелью, его мудрость простирается повсюду, его будущее ясно, его ум способен проникнуть в суть вещей, и тогда божества могут сходить на мужчин, которые зовутся „си“, и женщин, которые зовутся „у“». Гуань Шэфу утверждает, что у женщин также есть способность общаться с божествами, что является основой его теории. Можно с уверенностью сказать, что, хотя Гуань Шэфу и не объясняет это явно, в его системе государственной религии не может быть лишь двух шаманов, отвечающих за жертвоприношения Небу и земле. Чтобы правитель мог управлять всеми светскими и религиозными делами, необходимо учредить систему управления для всех шаманов страны, определить для них иерархию и распределить между ними обязанности. В то время как унюй, так и нань-у[56] были включены в государственную религиозную систему управления, которая с самого начала развивалась параллельно светской бюрократии. Однако в дальнейшем обе эти системы так тесно переплелись между собой, что в конце концов стали одним целым. Это позволило представителям светской власти занимать религиозные должности, и наоборот. Следовательно, будучи унюй, Цюй Юань вполне могла занимать должности подобные министру и сановнику трех усадеб. |