Книга Укуси меня, если сможешь, страница 45 – Лиза Тапочкина

— Нет, это может убить госпожу, — категорически заявил Грэг Тилли. – Наберись терпения и обожди пару дней.

Отец Брауниг поджал губы, но ничего не сказал.

Не сговариваясь мы расселись по разным углам. Брауниг – опять на стул рядом с кроватью Селесты, Тилли на сундук возле двери, а я – на ящик под стрельчатым окном. Каждый погрузился в свои собственные мысли.

Итак, что мы имеем:

1) монстр напал на Селесту;

2) она сопротивлялась;

3) монстр укусил её в шею и выпил крови;

4) это случилось ночью;

5) служанка, закричала, увидев хозяйку без сознания и едва живую. Лежащую на кровати? Или она сама перетащила её на кровать.

— А кто перенёс Селесту на кровать? – озвучила я свой вопрос.

— Её так обнаружила горничная, — задумчиво ответил Донсон Брауниг.

Ладно, возвращаемся к исходным данным.

6) горничная прибежала на шум падающих доспехов.

Они очень тяжёлые, чтобы их завалить нужно навалиться всем телом. Селеста успела сказать, что пыталась вырваться. Но следов борьбы нет. Я поозиралась по сторонам. Три фарфоровые вазы по углам сдвинуты не были. Я встала прошла к одной из них и качнула: лёгкая, толкни её – упадёт и разобьётся. А они целёхоньки. Нестыковка. Отец Брауниг, внимательно следящий за моими действиями слегка кивнул.

А где была борзая, которая не отходила от Селесты?

— А собака, которая всё время была в комнате, где она? – Я подняла глаза на Баунинга.

— Её увели на псарню этим утром, после того как обнаружили Селесту без сознания, — отозвался тот.

— А она была… в порядке? Не было там, укусов, порезов? – Заинтересовалась я ещё больше.

— Ты волнуешься о собаке? – Недоумённо воззрился на меня Грэг Тилли.

— Собака была в порядке. Только скулила возле хозяйки, — не обращая внимание на замечание здравника ответил священник.

То есть во время нападения монстра собака не отреагировала. Ещё нестыковка. Итак, что мы имеем:

1. В комнате нет борьбы, но рядом с комнатой доспехи с шумом упали и это было к утру, а монстр не переносит солнечного света.

2. Селеста лежала на кровати, хотя никто её туда не переносил, а сама она дойти бы не смогла. Или всё же переносил?

3. Собака всё время находилась в опочивальне, но на монстра не отреагировала.

Создаётся впечатление, что Селесту кто-то бережно перенёс на кровать, тот, кого борзая признаёт своим. А доспех завалился будто нарочно, чтобы привлечь внимание. Вернее, кто-то его завалил, чтобы привлечь внимание.

Значит напали на Селесту не в её опочивальне. А потом, тот, кто не хотел афишировать это перенёс её в комнату.

— Если удастся найти кровь чудовища, я мог бы сделать компас, по которому можно отыскать вурдалака, — задумчиво проговорил Донсон Брауниг. – думаю будет полезно побеседовать с молодым Эгбертом.

— Лучше мне поговорить с ним, — вызвалась я.

— Зачем? – Не понял Грэг Тилли.

— Ну, — замялась я и моё лицо немного зарделось, — у нас с ним завязались неплохие дружеские отношения…

— А зачем с ним вообще говорить? – Снова спросил здравник переводя взгляд то на меня, то на друга, как ученик, который единственный не понял решение задачи из всего класса.

— Он поможет обнаружить кровь чудовища, — снисходительно пояснил отец Брауниг.

Я нашла Эгберта на крепостных воротах. Он сгорбившись рассматривал долину Виены, распластавшуюся красочной диорамой под стенами замка.