Книга Кот, его ведьма и проклятый принц, страница 90 – Ада Лисовская

Настоящие, должно быть, не стали бы вырывать ей волосы в детстве. И часть из них не оказалась бы съедена клубком белых змей.

— И кстати, они уже у двери, – она ухмыльнулась и постучала ногтем по перекладине, привлекая внимание парня к теням, что тянулись от ее пальцев прямо в щель меж досок дома. – Я бы слезно попросила их не убивать тебя, но, сам понимаешь, кровных уз у нас нет. Мы не так близки.

— Позвала подмогу, потому что не хочешь убивать меня сама? – улыбнулся парень, и ведьма фыркнула. – Признайся, ты привыкла ко мне.

— Мне просто некогда. Ну, прощай. Или проваливай домой, кретин.

— Мой дом там, где ты.

— Тогда сдохни прямо в нем.

И спрыгнула, поднимая клубы пыли, с доски над дверью, чтобы толкнуть ее и указать пальцем разъяренным ведьмам себе за спину.

— Постой, – послышался насмешливый голос оттуда. – Убегаешь, чтобы не признаться себе в том, что у тебя есть сердце? Тебя когда-то бросил тот, кого ты любила?

— Да плевать, – выдохнула ведьма, потянувшись вверх всем телом, но голос ее дрогнул. – Не запачкайте пол, девочки.

Краем глаза она заметила белое свечение возле парня прямо перед тем, как открылся портал. И зашагала из дома прочь, больше не оглядываясь.

Я лежала в постели и не могла заставить себя встать. Сегодня сон Мориэллы не принес боли. Как если бы сердце ее очерствело и больше в нем не осталось места для страданий и сожаления. В любом случае я знала точно: жизнь воина, предназначенного ведьме самой судьбой, оборвалась не в сегодняшнем воспоминании. Фернис говорил, что она убила своего суженого сама.

Я взглянула на руки, закрытые черными перчатками, и точно знала, что теней за эту ночь стало больше. А потом прикоснулась к груди, на автомате потерев едва выпирающий шрамик. Здесь теплело, когда Эл оказывался поблизости. А теперь было холодно. Даже сейчас.

Я подумала о том, что испытывала похожие чувства при виде Аластора.

Мой дом там, где ты.

Я начинала забывать все, что увидела, но эти его слова еще звучали в голове. Они напоминали мне бабулю.

Мне было шесть, когда мы с ней уехали из родного города, где жили мои родители. Пришлось переехать из большого дома в однокомнатную квартиру, где ничего не напоминало о прошлой жизни. Только бабушка и пара любимых игрушек.

— Я хочу домой, – говорила я, вытирая мокрый нос.

И тогда бабуля присаживалась на корточки и утирала мои слезы своим платком:

— Твой дом там, где о тебе думают, пирожочек. Мой уже здесь, не так ли?

Она улыбалась, смешно прищуривая глаза, и тогда я тоже верила, что все снова станет хорошо.

Я потянулась, выйдя на террасу, и посмотрела на лабиринт сверху. Вчера я была так расстроена, что даже не стала ждать конца испытания, а теперь столкнулась с тем, что ни черта не знаю. Тогда мои внутренности скрутило от непонятных чувств из-за Аластора и его разговора с Лисаной. И если среди них была ревность, то я – самый худший и эгоистичный человек во всех Сферах. Стало до жути стыдно. На ревность я не имела никакого права, впрочем как и на принца. Он ведь и не нравился мне раньше? Что я за девушка, если мне так легко вскружить голову одним лишь спасением и проявлением интереса? Стыдоба.

Если пойду на поводу у своих чувств и у Аластора, то лишь все испорчу. Дам надежду и ему, и себе.