Книга Кот, его ведьма и проклятый принц, страница 129 – Ада Лисовская

— Давай же… – шепнула женщина, и глаза ее блеснули безумием. – Давай! Выбрось его! – Какая-то часть ее хотела, чтобы воин закончил все одним движением. Совершил наконец то, ради чего она была приведена матерью в этот грязный мир. – Выбрось и освободись навсегда!

Руки Эла были перепачканы в крови, как и его грудь, и кровь зашипела на нем под взглядом женщины. Белые нити светились под засыхающей корочкой, и он было кинулся к своей ведьме, чтобы собрать ее по частям, но она уже оказалась в другой части комнаты и гадко ухмылялась. Тени заполнили дыру в ее пустой груди. Они бились в такт сердцу, что держал он в своих руках.

— Глу-пец, – шепнула Мориэлла, а потом принялась чертить в воздухе заклинание, смотря ему точно в глаза. Ее кровь на его плоти, ее магия на его руках. Его бессилие перед ее безумием. – Отныне нет твоей душе места в той Сфере, в коей находится моя. Раз.

Воздух сотрясся от невидимого удара, и красные губы Мориэллы растянула улыбка.

— Ты безумна, – сказал воин, бережно продолжая укутывать в свою магию сердце, как самое драгоценное сокровище.

— А это уже моя дорожка к победе, Эл, – вернула ему его же слова ведьма, а потом прищурилась. – Мне надоело твое самодовольное лицо. – Она взглянула в угол комнаты и осклабилась. – Два.

Новый удар сотряс дом ведьмы, и она громко захохотала, с издевкой смотря в его желтые глаза.

— Пошел вон, пока я не утопила тебя в ведре.

Или выбрось его, закончив все раз и навсегда. Сними проклятие, закончив все раз и навсегда.

От мысли, что теперь ее жизнь была в чужих руках, внутренности Мориэллы дрожали. Турнир за сферу и силу богов еще далеко, но она затеяла свою смертельную игру, обеспечив себе спокойные деньки без одержимых мужчин, вламывающихся в ее жилище. Или дорожку в один конец Сферы Хаоса. Победа или смерть.

Воронка закручивалась вокруг воина, пока наконец не затянула его в себя, исполняя первое проклятие ведьмы. Проклятие ускользания.

Мориэлла внимательно посмотрела на то место, откуда исчез ее воин. Подошла ближе и присела на корточки, чтобы собрать на палец часть своей остывающей крови с холодного пола. Поднесла к лицу и осклабилась, вспоминая лицо мужчины. Так долго она мечтала увидеть такой его взгляд, и вот наконец.

— Приятной вечности, Эл, – сказала ведьма напоследок, поднимаясь на ноги. – Люцитор, сын острова Обреченных, король без короны и глупец без будущего.

— Отец! Пусти же меня, пусти! – голос Аластора врывался в мое сознание урывками. Словно сквозь толщу воды был слышен он, гул толпы, а еще шаги, отдающие глухими ударами по всему телу. Я поморщилась, пытаясь приоткрыть глаза. Вышло не очень. Колени упирались во что-то твердое и холодное, а шею тянуло вверх, и я попыталась позвать на помощь, но губы, покрытые плотной коркой, треснули, и рот заполнился кровью. Я откашлялась, а потом разлепила наконец тяжелые веки. Ребра болели, дыхание давалось с трудом.

Толпа гудела в тронном зале, где я впервые попала в тело Мориэллы. Я попыталась убрать с лица налипшие волосы, но рука дернулась и повисла в воздухе, а следом за этим по полу со звоном заелозила цепь. Я с ужасом огляделась, и сознание едва не покинуло меня снова. Тяжесть была на моей шее, тяжесть была на моих руках, тянула кисти вниз, к земле. Браслеты с морганитом на руках и ногах, ошейник, цепь от которого не давала мне упасть на холодный пол и тянула голову вверх.