Книга Всего лишь спор, страница 21 – Арина Вольская

— Кричи, если хочешь, — усмехнулся он, продолжив расстегивать пуговицы на моей блузке. Я поджала губы, наблюдая за его действиями. Конечно, кричать я не собиралась. Лишь прославлю себя еще больше.

К лицу прилила краска, стоило ему только скользнуть взглядом по моей обнаженной коже. И это не смотря на то, что он просто расстегнул блузку.

— У тебя хорошая фигура, — задумчиво проговорил Кирилл. — Почему ты это скрываешь за одеждой? — он с любопытством посмотрел на мое лицо и улыбнулся. — Это рано или поздно все равно бы произошло. Так почему ты скрываешь свою фигуру? Даже многие их тех, чьи данные считаются идеальными, могут тебе позавидовать.

— Я не скрываю, мне просто все равно, — фыркнула я, желая провалиться сквозь землю от стыда. Я даже в бассейн ходила в цельном купальнике.

— Все равно? — усмехнулся он. — Девочка, да с такими данными тебя любое модельное агентство возьмет, да еще и заплатит за это.

— Ага, конечно, — кивнула. За своей фигурой я никогда не следила, потому и не обращала на неё внимания. После того, как отец нас бросил, я действительно сильно похудела. Нервы, плюс — ничего лишнего в еде, сделали свое дело за меня.

— Странная ты, Алина, — вновь задумчиво проговорил он. В этот момент хлопнула дверь, и кто-то вошел. Мы оба замолчали, хотя мне было что сказать.

Дернулась ручка на нашей двери. Кирилл улыбнулся провалу несчастного. Хлопнула дверца соседней кабинки. Послышались характерные звуки, и я поморщилась. Сомаров лишь насмешливо проследил за моей реакцией. Кабинка освободилась, парень пошел на выход. Полилась вода. Перестала. Вновь хлопнула дверь.

— Но мне это нравится, — тут же ухмыльнулся он.

— Иди ты, Сомаров, куда подальше. И забудь про мое существование, — резко отозвалась я.

— А ты когда-нибудь материшься? — заинтересовано спросил Кирилл, расплывшись в улыбке.

— Для тебя могу сделать исключение, — фыркнула.

— Не надо, хотя это было бы интересно, — меня передернуло от его задумчивого взгляда. На нецензурные слова у меня будто стояло клеймо. Я просто не могла их сказать вслух, даже если хотела.

Пока я с отвращением к себе представляла сцену моей брани, в помещение вновь кто-то вошел, и горячая ладонь Сомарова скользнула ко мне на живот, заставив меня тут же сжаться. Не от неприязни, а от какого-то другого чувства, заставившего меня учащенно задышать. Кирилл усмехнулся. Медленно он повел её по моей коже за спину, пока я внимательно за ним наблюдала. Его взгляд так же не отрывался от моего. Кажется, это была война в гляделки, которую ни один из нас не стал прекращать.

Его пальцы, как и на паре, двинулись вдоль позвоночника, встретив на своем пути преграду в виде застежки бюстгальтера. Я тут же запаниковала. Но, к моему удивлению, его ладонь продолжила путь. Добравшись до верха, он повторил свои движения, только уже в обратную сторону. Я все еще учащенно дышала.

Вновь хлопнула дверь, кто-то еще вошел. В соседней кабинке послышался слив, и спустя пару мгновений на одного стало меньше.

А мы все еще не разрывали зрительного контакта. Я все ждала, когда он оставит меня в покое. А он все не желал этого делать, продолжая наблюдать за мной.

Когда его рука вновь оказалась на моей пояснице, он убрал её. Я уже хотела было вздохнуть с облегчением, но он лишь переместил её на мой затылок. Я вновь напряглась. У меня было такое впечатление, что в скором времени я просто привыкну к постоянному присутствию этого парня в моей жизни. И хотя этого никак допускать нельзя было, я не знала, как этому противиться.