Книга Заново. В твоей тени — свет, страница 120 – Арина Вольская

— Тогда докажи, — сказала Элиан. — Возьми меч и убей меня. Прямо сейчас. На глазах у всех.

Аэрон замер. Его рука легла на эфес меча, но вытащить клинок он не решился.

— Не можешь? — усмехнулась Элиан. — Или боишься, что правда выйдет наружу?

— Я не боюсь, — прошептал он.

— Врёшь, — сказала она. — Ты всегда врал. Себе, мне, этим людям. Ты врал, когда говорил, что любишь меня. Ты врал, когда говорил, что богиня благословила наш союз. Ты врал, когда заносил надо мной меч.

— Что ты говоришь? — Аэрон побледнел.

— Я говорю о том, что уже было, — ответила Элиан. — О том, что ты убил меня однажды. И я вернулась. Чтобы ты не сделал этого снова.

Толпа загудела. Кто-то крестился, кто-то шептал молитвы, кто-то просто смотрел, разинув рот.

— Она безумна, — сказал Аэрон, обращаясь к людям. — Безумна и опасна. Её нужно изолировать.

— Попробуй, — сказал Дариан, делая шаг вперёд. — Всего одна попытка — и ты узнаешь, что такое настоящая тьма.

Аэрон отступил. Его лицо исказилось гримасой страха и ненависти.

— Вы пожалеете, — прошипел он. — Вы оба пожалеете.

Он развернулся и скрылся в храме.

Элиан посмотрела на Дариана. Он смотрел на неё.

— Получилось, — сказала она.

— Получилось, — кивнул он.

Она улыбнулась. Улыбка вышла усталой, но счастливой.

— Идём отсюда, — сказала она.

— Идём, — ответил он.

Они спустились со ступеней и пошли по улице. Люди расступались перед ними, как волны перед носом корабля. Кто-то смотрел с ненавистью, кто-то — с надеждой.

На углу, у старой пивной, стояла Тисса. Она держала в руках узелок с вещами и плакала.

— Госпожа, — прошептала она. — Вы живы.

— Жива, — ответила Элиан. — Как видишь.

— Я боялась…

— Не бойся, — Элиан погладила её по голове. — Всё будет хорошо.

— Вы правда верите? — спросила Тисса.

— Верю, — ответила Элиан. — Потому что если не верить — зачем всё это?

Она взяла Дариана за руку, и они пошли дальше — в сторону леса, в сторону гор, в сторону свободы.

Позади оставался храм, позади оставался Аэрон, позади оставалась прошлая жизнь, в которой она была жертвой.

Впереди ждало нечто новое.

Неизведанное.

Пугающее.

Прекрасное.

«Я стояла на развалинах старого храма и смотрела на людей, которые пришли меня слушать. В их глазах был страх. В их глазах была надежда. В их глазах была я — та, кого они когда-то называли святой. “Я не пророк, — сказала я. — Я не спаситель. Я просто женщина, которая устала бояться. И если вы устали так же — идёмте со мной”. И они пошли. Не потому, что я была права. А потому, что они сами захотели быть свободными».

— Из дневника Элиан, который она сожжёт через два года, за час до собственной смерти

Храм Светлого престола больше не казался величественным.

Свечи догорели, и в воздухе висел запах воска и гари. Ладан выветрился, и вместо него пахло сыростью, старой пылью и чем-то кислым — то ли прокисшим вином, то ли человеческим потом. Витражи на окнах потускнели, и разноцветные лучи больше не падали на пол. Только серый, унылый свет пробивался сквозь тучи, освещая пустоту.

Элиан стояла на месте, где когда-то был алтарь. Теперь здесь зияла чёрная дыра — туда провалился кристалл, когда Дариан разрушил печать. Из дыры тянуло холодом и древней, забытой магией.

— Ты уверена, что хочешь это делать? — спросил Дариан, стоя у входа.