Книга Фиктивная мачеха для дракошек, страница 92 – Ева Кофей

Что будет, если народ озвучит ту же мысль, что и я? Решит уравнять права? Подобный расклад — страшный сон аристократа.

А если даже без этого… После смерти короля кто-то очень шустрый может заявить на трон права и развязать войну. И всё это во время напряжённых отношений с Севером.

С другой же стороны, сам Эдгар остался без направления и с огромной кучей проблем и врагов. Он зависим и уязвим.

Ему, прямо скажем, не оставили выбора.

Поэтому условия лордов он принял. Что конкретно требовали мужчины, я не знала. Но в целом было понятно, что отныне тайное общество будет обсуждать между собой все решения и потом передавать их через короля.

Это звучало не так плохо, учитывая, что раньше за них это делал один-единственный субъект, у которого была лишь личная выгода.

Лорду Лайтери была безразлична Файрэ-Лира, он был по сути своей чужаком в любой стране.

В тайном обществе же многие были патриотами, умудрёнными опытом мужчинами с семьями в столице.

Так что от них можно было ожидать разумной политики.

Для меня же перемены означали амнистию.

В один из дней король лично объявил, что я ни в чём не виновата и что мне полагается нехилая компенсация за все неудобства.

Которая, кстати, была выплачена на следующий же день.

Тучи отступали, для меня наконец-то наступало безмятежное время.

Но я знала, что это не будет длиться вечно.

Однажды король сорвётся с поводка или случится что-то ещё. Однажды меня выдернут из мягкой неги в суровый мир интриг, ведь я оставалась носительницей крови старых королей.

Но до тех пор я планировала заботиться о детях, жить размеренной жизнью, дать себе время, чтобы окончательно смириться и полюбить новый мир.

— Что теперь, Элен? — днём ко мне подошёл Бакстер. Я сидела в саду лери Прайс и читала книгу.

Лорд Девис младший даже внешне изменился в моих глазах из-за того, что я узнала его чуть ближе.

Стал мужественнее и красивее.

Но мне нельзя было обманываться.

Больше нет.

— Теперь я переверну страницу и узнаю, чем закончится история, — улыбнулась, наблюдая за солнечным зайчиком в волосах мужчины.

— Но чем закончится твоя? — он подошёл ближе.

— Разве ещё не рано об этом судить?

— Ах, Элен… Зачем ты меня мучаешь?

Бакстер вдруг встал на колени передо мной. Вцепился ладонью в лавку, на которой я сидела. Заглянул мне в глаза, надеясь найти ответ на ещё не заданный вопрос.

— Я слышал, что ты уезжаешь… Лери Прайс не хочет выдавать подробности, только загадочно улыбается.

На миг я застыла, слегка нахмурившись, неверяще разглядывая его. Книгу пришлось отложить.

Может быть, удастся сменить тему?

Скулы начали гореть, а пальцы дрожать.

— Она сама не своя с тех пор, как узнала, что под личиной южного лорда Тортона Лайтери был враг. Она долго ходила с книжечкой, где были записаны все-все её родственники, а потом страшным голосом сказала мне, что брат этого Тортона, оказывается, был женат на её дальней родственнице. Она так испугалась, будто это мнимое родство бросает на неё тень. И от волнения даже написала той женщине.

— Элен, — Бакстер вздохнул и достал из кармана бархатную синюю коробочку, — ты пытаешься заговорить мне зубы? Ведь я всё равно скажу…

Но я положила ладонь поверх его руки и продолжила говорить:

— Нет, Бакстер, я о том, что она написала письмо той женщине, воспользовавшись портальной почтой и быстро получила ответ. Та женщина, лери Эдна Лайтери, написала, что ничего не знала о своём патроне и что срочно уезжает на Север к дочери… И продаёт свою маленькую усадьбу. Там в одном дне пути море, южный воздух, виноград размером с кулак… Мы собрались все вместе: Кристин, лери Прайс и я. И решили, что хотим уехать из столицы. Восстановить усадьбу, поддерживать хозяйство, открыть своё дело… Только Изекил останется здесь учиться. У него невеста подрастает. А я… Я хочу быть подальше от всего этого. И детям будет полезно. Если ты позволишь, конечно, как старший брат.