Книга Фиктивная мачеха для дракошек, страница 41 – Ева Кофей

Но что-то такое было в его ярко-голубых глазах, что заставило меня приблизиться и угодить в ловушку его могучих рук.

Он уткнулся полными губами в моё ухо, от тепла, влаги и сладковатого странного запаха изо рта меня слегка замутило.

— Что ты хочешь услышать, маленькая, глупая принцесса? Что я убил тех, кто тебя вырастил точно так же, как сделал это с твоими кровными родителями, братьями и сёстрами? Что мне было приятно? Что конкретно?

— Зачем… — прошептала я. — Зачем убивать Эникенов.

Родные Элен были убиты во время дворцового переворота. Но что королю сделали лорды, которым он же отдал девочку?

— Кроме того, что они перетягивали на себя слишком много внимания общественности и влюбляли в себя народ, давая горожанам больше, чем это делала корона? Они вынуждали меня соревноваться в помпезности жестов доброй воли. Но однажды я понял, что убить их дешевле, чем продолжать весь этот цирк с бесплатными обедами и дурацкими пособиями. Бедняки бедны из-за своей же тупости, и это хорошо. Они выживают, а не живут, чтобы такие, как я, и как ты, могли наслаждаться. В этом мы с Эникенами расходились во мнениях. Особенно с лери Эникен. Кто вообще позволил женщине что-то выдумывать? Такая глупость, дорогая, не правда ли? Идея о том, что у женщин тоже есть мозг стара как мир и уже сотню раз опровергнута. Почему лери раз за разом к этому возвращаются?

Он рассмеялся, прошёлся языком по моему уху, зацепил зубами мочку, принялся громко дышать мне в шею.

Его движения были мне так же противны, как и его слова.

Его дыхание выбивало меня из колеи.

Оно лишний раз напоминало, что ублюдок жив. Здравствует и наслаждается. А Элен, на самом деле, мертва.

Последняя из династии, которую когда-то прославила богиня-попаданка, мертва.

— Но первостепенно дело, конечно, в тебе. Если бы не ты… кто знает? Может быть, прогрессивное семейство до сих пор находилось в полном здравии. Ты была моим запасным вариантом, Элен. Я берёг тебя на особый случай. Ты должна была оставаться в тени и ждать своего часа. Я до последнего не знал, что с тобой сделаю: повешу ли всех собак или женюсь. Ведь ситуация то и дело меняется. Политическая повестка колышется, словно герб короны на ветру. Сегодня они хотят твоей головы, завтра хотят, чтобы две династии объединились и дальше правил твой сын. И мой, конечно же. В первую очередь мой. Но ты решила выйти замуж. Нужно было что-то делать. Спасать твоё прелестное лоно от нежелательного вторжения.

Меня передёрнуло. Верна на лестнице зарычала. Я испугалась, что она бросится на него. И он её прикончит. Оставит меня совсем одну в этом жестоком мире.

Но кошка сдержалась. Она понимала, что дракон ей был не по зубам. Даже такой мерзкий.

— Но и в темнице ты смогла обручиться, маленькая проказница. Теперь сомнений нет, и дорога тебе одна: к твоим дорогим родителям.

Он говорил правду, потому что был уверен, что мне никто, никто, никто не поверит.

Я видела по его горящему взгляду, какое удовольствие ему доставили эти откровения.

Ведь уничтожить всё, что дорого Элен, было мало. Он желал вдоволь насладиться её страданиями.

Хотел, чтобы перед смертью она знала, что именно он занимал место злого бога, в чьих руках с самого рождения была её жизнь.

Вдоволь насладившись ужасом в моих глазах, Эдгар схватил меня за плечи и принялся целовать с таким напором, что стало больно. Он вгрызался в губы, распускал язык, пачкал мерзкой сладковатой слюной, словно своим ядом.