Книга Потомок царицы 2, страница 10 – Елена Галунец

— Она, скорее всего, потомок царицы Гамиры Первой. У неё дар целительства и… подчинение зверей, — замявшись, сказал он, почему-то глядя на меня.

— Точно! — воскликнула тётка. Это всё объясняет. Она не стареет, и по некоторым рассказам Алека я теперь поняла, что действительно она слышит зверей и птиц.

— А оборотень при ней вас не смущает? — спросил я, припоминая историю, что нам исковеркали.

— О, Святые! — прошептала тётушка, закрывая ладонью рот.

— Пока не приведём её к Камням и пока не вырастут водник и её оборотнем, ничего серьёзного в царстве не случится. Наша задача — помогать ей и защищать в первую очередь от самой себя. У неё в голове хрен пойми что.

— Теперь понятно, что это было. Магическая привязка! Камень с души просто… Я думал, эти сны меня доконают! Хорошо, что вы не влюблены в неё. Я всё поражался, как может кому-то нравиться такая замарашка, — усмехнувшись, сказал я, глядя на архимага.

— Я тебе зубы выбью, — серьезно сказал Балодис, сделав шаг ко мне.

— Прошу вас, успокойтесь! — вмешалась Майга, и Балодис тут же снял купол.

— Вы слышите? Это что? Плач? — настороженно произнесла она и стала подниматься с кресла. Балодис рванул наверх.

— Даже знать не хочу, — ответил я и запустил искру в затухающий камин.

Аша

После того дня, как я упала в обморок в доме госпожи Брунс, прошла неделя. За это время я старалась не вспоминать этот позор, но время от времени предательские мысли заставляют краснеть мои щёки. Мне до сих пор очень стыдно за моё поведение. Очнувшись, я не смогла справиться с нахлынувшей на меня обидой и злостью на саму себя. Ведь знала, что моё слабое здоровье не позволяет ходить на такие дальние расстояния под дождём, да ещё моя психическая нестабильность в общении с огневиком добавила проблем. Когда появился Самал, я, рыдая, просила его не трогать меня, забыть о моём существовании и отправить домой, в лес. Алек, наблюдая за тем, как я билась в руках ректора, молча стоял в стороне и не вмешивался. Да, мне было плохо физически, но ещё хуже было от осознания того, что господин Хаас меня ненавидит. Я не могла понять, почему так обидно, а Самал во время моей позорной истерики ничего и не спрашивал. Подхватил на руки и перенёс в дом Юрта. Велел подбежавшей к нам Ерке приглядеть за мной и ждать визита лекаря, а сам ушёл по каким-то срочным делам. Алек пришёл к нам на следующий день и сказал, что я неадекватная истеричка, и я с этим согласилась. Так вот, просидев неделю с чрезмерной заботой самого доброго семейства, мне захотелось вернуться домой. До наступления холодов осталось не так много времени, поэтому я решила провести его в своём домике рядом со зверушками, готовящимися к зиме.

Находясь уже в своём укрытии, я окончательно успокоилась. Осмыслила произошедшее и смирилась с тем, что господин Хаас просто такой человек и не стоит моего внимания. Алек всё чаще пропадал неизвестно где, а я в компании моей верной старушки Вафы занималась привычными домашними делами. Вечерами сидела на крыльце и, глядя на почти голые деревья, провожала последние осенние денёчки, ожидая со дня на день первого снега. Самал приходил несколько раз и, подарив мне кристалл, теперь каждый день присылает вестник. Также Майга спрашивала периодически о моем здоровье, и дальше этого наш разговор не заходил. Неожиданно мне прислала вестник Маруа, и я была ей искренне рада. Она в основном рассказывала про свою учёбу и то, как сам ректор взялся за её дополнительное обучение. Несколько раз она упоминала, что вынуждена теперь часто видеться с Фуратом и как этот дуралей её достал. Но в целом она была довольна.