Книга Потомок царицы 3, страница 33 – Елена Галунец

Оказавшись вдали от неё, мне сразу полегчало. Скорее всего, магия привязки через печать так влияет, но неужели остальные тоже самое испытывают? Мои мысленные стенания прервала вернувшаяся Лами, и я был очень рад своей любимой жене.

Аша

Вот и закончились мои каникулы. Нужно возвращаться в академию и как-то жить дальше. Меня пугало то, что я должна выполнить своё обещание и выпустить Красноглазого. И я не знала, как об этом сказать Самалу. На следующий же день после бала я осознала, что Джикони меня обдурила. Она всю предстоящую неделю расшатывала мои нервы, а в день икс просто усилила мой страх перед народом и вынудила дать это обещание. Даже раскрыла свой дар перед Маруа, приняв мой облик, чтобы вложить в мою бедовую голову мысль о замене. Не сделай она так, я бы никуда не делась и присутствовала на балу, но теперь поздно сокрушаться. В её руках я — маленькая глупая дурочка, которой она ловко манипулирует. Ладно, если бы я просто на словах так опростоволосилась, но она же взяла с меня магическую клятву.

А ещё мои нервишки попробовал на прочность Тэун. Почему именно сейчас он решил рассказать о своих перемещениях? И самое постыдное для меня заключается в том, что он стал свидетелем выходки Онгона. Поговорив с Камнями, они предложили мне обратиться к Моурну с этим вопросом, потому что Светиславу я не приглашала на общий сбор. Дядя предположил, что это связано с женой Тэуна. У неё редкий, но слабый дар предвидения. Она может что-то видеть в своих снах, а Тэун, благодаря моему усилению, теперь может путешествовать во времени физически и даже что-то исправлять. Их крепкая связь сотворила некую временную точку, от которой она уходит вперёд, а он назад. Я в его объяснениях ничего не поняла, но он заверил меня в том, что так устроена магия. Что бы когда-либо ни делалось, то это всегда для чего-то да нужно.

Попрощавшись с семьей, я переместилась в свою комнату, и, естественно, тут же в дверь постучал мой официальный жених. Он, как только вошёл внутрь, заключил меня в объятия, и я почувствовала, как он тянет из меня магию. Ещё бы! Целых десять дней не видел. Надышавшись мной в прямом смысле, он молча подхватил меня на руки и понёс в спальню. Я отвечала на его поцелуи и сама страстно желала этой близости, отодвинув на потом свою скорую смерть. Если я не выполню обещание, кровь меня тут же покинет, и я умру сухой мумией. А если выполню, то меня прибьёт Самал, но после умопомрачительного секса он может отложить моё убийство на несколько дней. После такого длительного воздержания меня не выпускали из кровати до самого утра. Он ничего не спрашивал, а я ничего не говорила. Целовались, наслаждались друг другом, мылись, ели принесенный Самалом ужин и затем по новой. Когда взошло солнце, я, обессиленная, крепко уснула на груди вроде бы довольного мужчины.

— Специально всё архимагу отдала, чтобы мне не досталось? Десять дней так-то прошли, — с упрёком прозвучал в голове голос Красноглазого.

— Он взял только магию. Кровь при мне. Забирай, — лениво проговорила я, не открывая глаз.

— Да сдалась мне пустая кровь, глупая.

— Ну, прости. Я не знала, — всё же решилась узнать, в каком виде я лежу.

Провела рукой по груди и, не обнаружив ничего, тут же перевернулась на живот. Прищурившись, посмотрела на Красноглазого. Он сидел на краю кровати в человеческом виде, одетым в белую рубашку и чёрные брюки. Засмущавшись, я попыталась нащупать одеяло, и, спасибо демонюке, он сжалился и сам накрыл меня.