Книга Потомок царицы 1, страница 92 – Елена Галунец

«Надо же, какой ранимый», — подумал я.

— Господин Хаас, давайте поговорим наедине, — вдруг обратился ко мне Балодис. — Агъян, посмотри за ними, — невозмутимо сказал он и жестом показал, что приглашает меня выйти.

Как только мы вошли в соседнюю комнату, ректор создал купол от прослушки и, отбросив все приличия, сказал:

— Рассказывай всё, что о ней знаешь. Какой у неё дар?

«О! А куда же делось уважение?» — подумал я, но решил не акцентировать на этом внимание и сам пошёл в наступление: — Она не маг. На двух артефактах проверял. И, если честно, хотел тоже на Камне Правды проверить. А почему у вас к ней такой интерес? И вообще, как она тут оказалась?

Ректор, хмыкнув, подошел к креслу и сел в него, вальяжно облокотившись на спинку.

— У неё есть дар целительства и ещё что-то. Не могу объяснить, но чувствую это. Зачем она вам с Гайлисом понадобилась? Зачем её ко мне подослали? У нее не получилось выполнить ваше задание, и она сбежала? Тогда не сходится, зачем ты её ищешь?

— Что за чушь? — воскликнул я. — Я готов пойти к Камню Правды, и вы увидите, что девочка случайно оказалась в городе. Мне нужно её просто вернуть домой. Как бы не сентиментально это звучало, но я обещал своей маме помочь этой девочке.

Ректор скривил лицо, так что тут же захотелось уйти. Зачем я трачу свое время, если она уже где-то в лесу? Только собрался встать и попрощаться, как вдруг он заговорил и рассказал о её появлении в академии. Выслушав его, я вспомнил о разговоре адептов про «показуху», и искренне мне стало жаль несчастную Замарашку. Это же надо было так удачно сбежать от Омида и чуть не утонуть на глазах почти всей академии. Вздохнув, я поведал ректору о том, как познакомился с ней, и пришлось рассказать об оборотне.

— А вы знаете о том, что у магистра Зведриса есть дар предвидения? — спросил я после небольшой паузы.

— А вы, господин Хаас, совсем не умеете держать при себе чужие тайны, — хмуро ответил Балодис.

— Почему же? Умею, только после увиденного я решил удостовериться.

— Как я вижу, вы любите во всем самолично удостоверяться.

— Мы опять на «вы»? — ехидно спросил я.

— Ты думаешь, что магистр видел волков и кровь в будущем? Есть шанс, что она ещё жива? — задумчиво спросил у меня Балодис, смягчившись в лице.

— Она прожила почти всю свою жизнь в лесу с оборотнем. Я уверен в том, что с ней всё в порядке. Если не замёрзнет, конечно, этой ночью. Что с меткой? Почему она красная? — спросил я, глянув на руку Балодиса.

— Хотел бы я сам знать. Обычно её вообще не видно на моей коже, а тут ещё сердце словно в тиски зажало. Когда они с Шарби переместились, я резкую боль почувствовал, а не просто сигнал о нарушении моего запрета на выход из академии. Да и узор совсем не тот…

— Ничего себе, какой сюрприз мы нашли в той деревне! — удивился я.

— Как нам теперь искать этот сюрприз? — задумчиво проговорил ректор.

Аша

Бежать по снегу за птицей было очень сложно. Дятел довольно быстро летел, и мне приходилось приглядываться, потому что он так и норовил скрыться среди деревьев. Птица оказалась вредной, и не с первого раза у меня получилось дать ей чёткий приказ отвести меня к людям. То ли дело во мне, то ли в самой птице, или вообще всё из-за странного леса, я никак не могла сосредоточиться на своём даре. А ещё вокруг, как назло, больше никого не было, и я не могла попросить ещё кого-нибудь о помощи. Прижимая руки к груди, я хватала холодный воздух жадными глотками и никак не могла нормально отдышаться. Боль в груди только нарастала, а к покалывающим ощущениям в ладони я уже привыкла. Что за магию ко мне применил этот ужасный ректор? Вроде бы, чтобы не сбежала, но я здесь. Устав бежать, я перешла на быстрый шаг, затем на простой и вскоре остановилась. Птицу я потеряла из виду. Обхватив ствол сосны, я уперлась лбом и зажмурила глаза. Солнце скоро сядет, а сил идти уже нет. Поначалу, когда я шла ещё с Фуратом, не могла понять, отчего у меня так сильно болят колени и бёдра. А теперь я догадалась. Спасибо господину Ректору и его воздушному вихрю. Как он ещё не переломал мне ноги? Снимать колготки и смотреть на синяки совсем не хотелось, а то, что они есть, я точно знала. Кожа моя слишком тонкая, и даже от малейшего тычка остаётся синяк. Вздохнув, я подняла голову и посмотрела на клочок вечернего неба, который виднелся среди высоченных сосен. Придётся снова звать на помощь зверей. Вот только отдышусь, и снова попробую. Оторвавшись от дерева, я пустила свой дар. Не желая тревожить мелких животных, я позвала того, кто смог бы меня нести. Представила лося, затем оленя, тем более я видела следы кого-то из них. Кто будет поблизости, тот услышит и придёт. Ждать мне пришлось недолго. Среди деревьев появилась оленуха, но, когда она подошла ближе, я разглядела на её голове маленькие бугорки. Нет, это самец, который зимой сбросил рога.