Книга Укуси меня, страница 88 – Пенелопа Барсетти

Я обернулась, чтобы посмотреть на него, и увидела, как он отвязывает лошадь от дерева. Его лицо было суровым, но привычным.

— Почему ты злишься?

Он освободил лошадь и забрался в седло, все еще находясь в тени дуба.

— Я не злюсь.

Кингснейк посмотрел на меня с выражением, которое ничего не выдавало, но буря, подобная апокалипсису, по-прежнему бушевала внутри него.

— Нет, ты злишься.

Мне следовало бы закрыть рот, но я ничего не могла с этим поделать. Кингснейк ответил спокойно, но лесной пожар, который горел вокруг него, твердил иначе. Это было невыносимо, и я скучала по силе его желания, по тому, как он заставлял меня чувствовать себя единственной женщиной, которая могла вскружить ему голову.

Кингснейк смотрел на меня прищуренными глазами, нахмурив брови. Он продолжал пристально глядеть, как будто читал меня так же, как и минуту назад.

Я заставила себя сказать что-нибудь еще, чтобы замести следы, на случай если он придет к выводу, которого я так боялась, – откроет тайну, которую я унесу в могилу:

— Я вижу это по твоему лицу…

Его гнев мгновенно исчез, не оставив после себя ничего, кроме пепла и сажи. Осталась лишь пустота, и я боялась того, что это может означать. Он протянул мне руку.

— Пойдем.

* * *

Когда я оказалась на лошади, Кингснейк не сказал мне ни слова. Мы поехали обратно в Грейсон, свет медленно угасал по мере приближения вечера. Мы вернулись тем же путем, которым и пришли, – через потайной туннель. Один из его солдат отвел лошадь обратно в конюшню. Когда же мы вернулись во дворец, Кингснейк, взяв инициативу, первым вошел в наши общие покои.

Он завел руки за спину и стянул рубашку через голову, обнажая рельефную спину с крепкими мускулами. Затем откинул рубашку и сбросил ботинки, расстегивая штаны.

Я решила оставить предыдущую тему, и, судя по его спокойному настроению, похоже, он тоже решил все забыть.

Я прошла мимо него, и вдруг мое тело рванулось вперед и ударилось о кровать. Я оперлась на ладони и слегка подпрыгнула на матрасе, издав тихий вздох от шока. Когда же я наконец оглянулась через плечо, увидела Кингснейка у кровати. С маниакальным блеском в глазах он поднял мою одежду, оголяя белые бедра.

В тот момент, когда наши глаза встретились, воздух в комнате наполнили неистовство и злоба. В его глазах горел ревностный блеск, который выглядел ужасно, устрашающе. Больше я не могла смотреть, потому что он схватил меня за волосы и дернул голову назад, заставляя меня смотреть в потолок и еще глубже выгнуть спину.

Затем его твердость, жгучая и неумолимая, пронзила меня. Волна боли, острая и ясная, заставила меня ахнуть. Я инстинктивно сжалась, но он силой вернул мое тело под свой контроль, его железная хватка не оставляла места для неподчинения.

Он прижимался ко мне все теснее, наблюдая, как я вздрагиваю от его обжигающих ласк. Каждое его касание, сильное, порочное, вызывало у меня лишь одно желание: прильнуть к нему поцелуем и больше никогда не отпускать.

— Ты когда-нибудь чувствовала нечто подобное?

Все мое тело дрожало, ведь движения были такими глубокими. Я застряла в неудобном положении из-за того, что он держал меня за волосы, а прогнувшаяся поясница болела. Но мне было так хорошо, так чертовски хорошо, что я даже больше не чувствовала себя самой собой.