Книга Укуси меня, страница 25 – Пенелопа Барсетти

— Мне нужно попробовать твою кровь.

Мой желудок сжался от отвращения.

— Это единственный путь.

— Верно…

— Если я раньше пробовал чью-то кровь, я мог распознать человека лишь по ее вкусу. Точно так же, как вы можете идентифицировать людей по звуку голоса… по запаху. Я могу распознать свойства твоей крови, и, возможно, смогу определить, что отличает тебя от всех остальных.

Это было похоже на ловушку.

— А если тебе это удастся, что тогда?

— Мы изобретем лекарство и дадим его твоему народу.

— Просто так?

— Как я уже сказал, искоренение этой болезни имеет первостепенное значение для нашего выживания. Она уничтожает наше население так же, как и ваше.

— Это неправда… У вас есть другие варианты.

— Кровь животных – плохой заменитель. Да, она позволяет выжить, но делает нас слабыми.

Я смотрела на него, раздраженная его спокойствием и тем, как его глубокий голос задавал тон этому разговору.

— Ты спасительница, в которой нуждается твой народ.

Я прервала зрительный контакт и отвернулась.

— Ты можешь спасти их всех… Неужели ты не хочешь принести эту жертву?

— Я не глупа. Я знаю, что ты делаешь.

— Что же?

Я снова посмотрела на него.

— Ты пытаешься мной манипулировать.

— Даже если это правда, какое это имеет значение?

— Это правда.

Он этого даже не опроверг.

— Нам дали шанс, и ты его упустишь, потому что испугалась?

— Я не боюсь. Просто не хочу, чтобы у меня на шее сидела пиявка. Не хочу делать своего величайшего заклятого врага сильнее. Я лучше буду смотреть, как ты увядаешь и слабеешь, пока не превратишься в пыль на ветру…

Уголок его рта приподнялся, и он ухмыльнулся.

— Ты не понял, что я сказала?

— В этом мире есть существа похуже меня.

— Например?

— Когда-нибудь ты увидишь.

Трепет наполнил мое сердце, беспокойство проникло прямо в кости. Я хотела потребовать от него ответов, но не получила ни одного, тем более я отказалась выполнять все его требования.

— Когда я сказал, что людям нравится кровопускание, я имел в виду именно это. Каждая добыча, которую я когда-либо ловил, наслаждалась моим укусом. Единственная боль, которую чувствуешь, – это момент, когда клыки пронзают кожу. Но затем тебя охватывает неописуемое удовольствие – такое, что заставит умолять меня продолжать, пока я не выпью все.

— Я тебе не верю.

Его взгляд был неподвижен, глаза прикованы к моим, как будто меня тут вообще не было.

— Мне никогда не приходилось заставлять женщину стать моей жертвой.

— Тогда почему бы тебе не взять кого-нибудь другого?

— Люди обычно приходят к нашим воротам и предлагают себя в качестве добычи. Нам никогда не приходилось путешествовать по королевствам и захватывать пленников. Мор изменил все.

— Почему они это делали? Зачем кому-то в здравом уме подвергать себя такому?

Он слегка пожал плечами.

— Есть некоторые причины.

— Какие, например?

— Во-первых, физическое желание.

— Желание? Желание быть укушенным?

— Желание быть с вампиром любыми способами…

Я не могла сидеть напротив Кингснейка и притворяться, что он не радует глаз, особенно без рубашки и с такими мускулами. Другой вампир, с которым я обычно его видела, был таким же, даже более мускулистым. Многие вампиры были красивы, но Кингснейк был… исключительным.

— И поэтому ты сейчас полуголый? Просто на мне это не сработает.