Книга Изменитель, страница 75 – Олег Шишкин

— Давай быстрее! Времени в обрез.

В зеркало заднего вида он заметил, как Семенов и его два спутника вышли у фасада гостиницы «Метрополь» и их встретил Эйснер, который что-то сказал и, как ему показалось, махнул в сторону удаляющегося автомобиля Соколова.

— Прощай, Наум, не поминай лихом! – процедил сквозь зубы Соколов.

— Вы что-то сказали? – поинтересовался Балтасар.

— Простился. Когда еще увидимся? Может, и никогда.

2

На выезде из Валенсии они миновали озерцо, отделенное дамбой от моря. На островках и берегах озера слышался птичий гомон.

— Здесь обычно зимуют русские птицы, – сказал Балтасар. – Считается, что они поют по-русски.

— С чего это ты взял, Балтасар? Они просто суетятся на гнездах. Это бессмысленный крик и ничего более. И только люди придают этому гвалту возвышенный смысл. А ты разве не замечал, как часто фантастическая глупость вызывает наше уважение, как откровенные идиоты заставляют нас снимать шляпу. Мы лакействуем перед ними, как будто они Моисей, а ведь, возможно, они ведут свой народ в самое пекло пустыни, а не к горе Синай?

Спускаясь за горизонт, солнце вытягивало тени деревьев. Теплый и нежный свет стелился по равнине, придавая пейзажу приятный оранжевый оттенок. Вдали темнели невысокие горы.

Дорога на север, обычно загруженная днем, ближе к ночи оказалась пустынной. Из предосторожности Балтасар достал из багажника автомат и, положив его на сиденье рядом, обернулся на Соколова, желая получить его одобрение. Тот небрежно кивнул, а испанец повел автомобиль уже с резвостью и азартом.

Слева на горе показался замок Сагунто.

Соколов и дон Балтасар переглянулись.

— Так что там произошло с Ганнибалом? Напомни, – поинтересовался Соколов, возвращаясь к давнему разговору в самолете.

— Он проиграл и должен был оставить крепость, едва взяв ее, – пояснил дон Балтасар. – Так ведь бывает в жизни частенько – едва что получишь, как тут же приходится это выбросить из головы. А почему вы вспомнили об этом?

— Просто так, – грустно сказал Соколов. – Печальная история вызывает колебания души, будто ты сам имеешь отношение к этому Ганнибалу.

После развилки дорога пошла по горам, испанец развеселился от быстрой езды и теперь основательно прибавил газу. Он косился на Соколова, который беспокойно поглядывал на наручные часы.

Автострада забиралась все выше, резко мотая на поворотах. С одной стороны вздымалась стена гор, с другой – пропасти и ущелья.

— Все как в жизни, – сказал тогда Балтасар и оглянулся на Соколова, но тот не расслышал этого. Он больше не хотел читать все эти знаки и намеки. Теперь все сделалось предельно ясным, кристально чистым и смертельно опасным.

У самой границы двое тусклых неизвестных остановили машину и попросили подвезти их до ближайшего жилья. Это были анархисты «пистолерос», от которых можно ожидать всякого. Балтасар выругал себя, что вообще притормозил. Заметив недовольный взгляд Соколова, испанец вкрадчиво сказал незнакомцам, кивнув на автомат: «Идите, парни, с миром!» – и резко ударил по газам.

Дальше он стал прибавлять газ всякий раз, как кто-нибудь поднимал руку, желая остановить машину.

Взошла луна, и ее мягкий свет стелился вокруг.

— Что будет дальше? – спросил Балтасар.

— То, что может быть, – загадочно ответил Соколов, – или то, что бывает, когда ему должно быть.