Книга Смерть на Кикладах. Книга 2, страница 202 – Сергей Изуграфов

— До свиданья, дядя Саша! – хором произнесли Микаэль и Катрин и весело понеслись к самолету, закладывая крутые виражи по пути. Тереза шла за ними, безрезультатно призывая их вести себя осторожней.

— Замечательные у тебя дети, генерал, – провожая их взглядом, произнес Смолев. – Вот кто нас действительно выручил, а то – так бы и бродили в потемках! Все дело в итоге разрешилось благодаря их наблюдательности!

— Своих уже пора иметь, Саша, – хитро прищурился Виктор Манн. – Может быть, осенью мы попадем к тебе на свадьбу? Ты работаешь в этом направлении? Что покраснел опять?

— Работаю, работаю. Не на мою, так на свадьбу Петроса и Рыжей Сони точно попадете, – смущенно отмахнулся Алекс. И, меняя тему, спросил: – Что задержанные? Дали показания?

— Поют, как соловьи! – кивнул Манн. – Оказалось, что Лагранж проходил службу по контракту вместе с «электриками» в спецподразделениях французской морской пехоты, был там снайпером. Это он выглядит молодо, а ему уже тридцать пять. Винтовку у него обнаружили в разобранном виде в чемодане – жадность его и тут подвела, не смог с ней расстаться. Баллистическая экспертиза подтвердила, что пуля, убившая Альберта Шульца, выпущена из этого ствола.

— Что за винтовка?

— Французская снайперская винтовка «PGM UR Intervention», калибр 7,62 миллиметра, прицельная дальность восемьсот метров. Отличный аппарат. Он с такой служил в войсках. Знает ее как свои пять пальцев. С закрытыми глазами может собрать и разобрать. Со специальным бесшумным стволом при таком калибре пули звук чуть громче, чем от пневматики. Немудрено, что выстрела никто не слышал!

— А как он стал химиком?

— После службы в армии поступил в знаменитую Еcole Polytechnique в Париже и через четыре года с отличием ее закончил. В департаменте химии его до сих пор помнят как гениального студента. Ему предлагали остаться на кафедре, но небольшая оплата за преподавательскую работу его не прельстила. Луиза точно его охарактеризовала: он всегда хотел денег – и много.

— Чем им не угодил Делоне?

— Во время обыска квартиры Делоне в Париже найдены его дневники двухлетней давности, в которых он рассуждает о том, что «необходимо все шедевры, проданные на аукционах в частные руки, вернуть туда, где им место – в музеи, где их могут каждый день видеть люди»! Ты не поверишь, но он собирался вернуть картины в Лувр, его племянница это подтвердила. В планы Лагранжа возвращение полотен не входило никак. Они уже спорили с Делоне об этом, и тот пригрозил, что если Лагранж не согласится, – то искусствовед пойдет в полицию и все расскажет. Лагранж для вида согласился, решив устранить Делоне, как только настанет удобный момент.

— Но как же Луиза: ведь это был ее родной дядя? Как она могла на это пойти?

— Лагранж ее запугал, как она говорит… Хотя, у меня лично к ней веры – никакой. Если посмотреть на ситуацию ее глазами: с одной стороны чудаковатый, если не сказать больше, родственник с заумью, с другой – ее молодой любовник и миллионы долларов. Успев пообщаться с ней на допросах и немного узнать ее, я не думаю, чтобы она долго колебалась. Художница она очень талантливая, но как человек – свой жизненный экзамен провалила с треском.

— Что насчет сообщников Делоне в депозитарии? Удалось найти, кто это?