Книга Смерть на Кикладах. Сборник детективов №6, страница 180 – Сергей Изуграфов

— Я… я офицер полиции! Вы не посмеете! – впервые за все время, ощерившись, произнес осипшим голосом арестованный. – Вы не посмеете поднять на меня руку! – сказал, оглянулся на Смолева и Дусманиса, но что-то увидев в их глазах, снова вжал голову в плечи.

— При всем своем горячем желании собственноручно превратить вас в отбивную, – сверкнув глазами, прорычал Манн, – я не смогу этого сделать из Афин. Но зачем мне руки марать? Ваш партнер по сделке, Майкл Цейтин, еще на Наксосе. Я уверен, он испытывает не менее горячее желание с вами лично пообщаться, Грамматикопуло! Особенно, если принять во внимание, что ящики с фальшивыми стодолларовыми купюрами каким-то чудом оказались на складе вашего печатного цеха! Да, да, те самые ящики из каменоломни теперь находятся на вашем складе. И у меня есть фотографическое доказательство. Уверен, Цейтину это будет очень интересно. Стоит только ему об этом намекнуть… Что же получается, Гектор? Получается, что вы обманули своих партнеров по сделке, а зная живодерские привычки господина Цейтина, я уверен, что он вас тонкой стружкой настрогает еще до рассвета! И какого черта, спрашивается, мне вас защищать?! Назовите мне хотя бы одну причину?! – Снова повисла тяжелая пауза. – Повторяю: вы стреляли в моего сотрудника! – хлопнув кулаком по столу, прорычал генерал. – Да я вас отдам Цейтину с чистой совестью! Если вы не дадите самые подробные показания на тех, кто вами руководил все эти месяцы! Сейчас же! Немедленно! Или я звоню Цейтину! Ну? Молчите?!

В люксе повисла напряженная пауза. Было слышно, как под арестованным мелко дрожит стул.

— А, черт с вами! Что мне вас уговаривать! Капитан, – впервые обратился генерал к Смолеву, – отдайте и в самом деле этого мерзавца Цейтину, пусть делает с ним что хочет! Я умываю руки! – и откинувшись в кресле, отвернулся от экрана.

— Не… не надо! Я… я дам показания! – судорожно сглотнув, выдавил Грамматикопуло, в ужасе отпрянув от Смолева, который сделал движение, будто действительно собирался встать. – Я все скажу! Но я… я хотел бы надеяться на снисхождение суда…

— Это не ко мне, – презрительно махнув рукой, отрезал генерал, – это к судье. Не надо опережать события! Все будет зависеть от ценности информации, которую вы нам сейчас сообщите. Говорите, Гектор, мы слушаем!

И Грамматикопуло заговорил. Он не умолкал почти четыре часа с небольшими перерывами.

Наконец Манн удовлетворенно кивнул и произнес по-русски:

— Достаточно! Допрос окончен. Саша, выйди, пошепчемся.

Смолев подхватил айфон и, выйдя в коридор, подошел к большому окну.

— Ну что же, всех своих боссов он сдал. Вышло даже больше, чем я рассчитывал. Видимо, и в самом деле боится Цейтина как черт ладана. Мы немедленно приступаем к заключительной фазе операции. Твои планы?

— Хотелось бы поспать хоть пару часов, – честно признался Смолев, рассматривая свое бледное и осунувшееся отражение в оконном стекле. – А то голова шумит. День был длинный. Да и вторая ночь без сна, сам знаешь. Пару часиков подремать, – и к рыбакам! Они должны были захватить шхуну, на которой Стерджесс с командой планировали вывозить ящики. Надо бы выяснить, как все прошло, и пообщаться с экипажем. Туда выехал Леонидас: я поручил ему провести допрос. Хочу на месте все посмотреть и решить, что делать с судном.